Автор
В Холоде в ее глазах читатель погружается в мир взаимных обманов и непростых решений между обеспеченной матери и своей дочери-интуристкой. Атмосфера книгу наполняет тихой сдержанностью, сквозь которую просвечивает подспудная ярость и неуловимая припевка свободы.
Даже в мифологии, красота Елены Троянской послужила поводом для войны, уничтожившей Трою. — Рассказывала я, глядя в округлявшиеся от удивления глаза тренера.
— Ничего себе! Ты откуда знаешь всё вот это? — удивился Йер."
"— Я архитектор. И у нас был очень большой курс истории. Мои преподаватели уделяли большое внимание не только изменениям архитектуры, но и тем событиям, что происходили вокруг. Да и просто было интересно почитать. — Призналась я. — Честно говоря, я уверена, что в этом высказывании речь может идти о чём угодно, только не о внешности.
— Ты сказала, что тебе много помогали, но если честно, мне сложно представить что ты нуждалась в помощи. — Припомнил мою фразу Йер. — Ну, если только помочь развернуть гору подарков от родственников и семьи на Рождество?
— У меня нет родственников. А вся моя семья, это я и Алекс. — Призналась я. — А в приюте наши воспитатели выгадывали крохи, чтобы сделать нам хотя бы по одному маленькому сувениру.
— Приют? В каком смысле, ты из приюта? Как ты там оказалась, и неужели не нашлось достойной семьи, которая забрала бы тебя оттуда? — своими словами я похоже ошарашила тренера.
— Видимо не нашлось. Но мой талант заметили и оформили именно в приюте. И именно воспитатели и учителя были теми, кто помогал мне. Поэтому я. как никто знаю, что не важно, в каких условиях ты начинаешь жить. Главное, чтобы в тебя поверили, и помогли, подарив шанс. — Ушла от темы моего детства я.
Тот факт, что я получила гражданство уже взрослой, я не скрывала, но особо и не афишировала.
— И ты теперь, вот также стараешься помочь Риду? Отда""eшь своеобразный долг? — заинтересовался Йер.
— Ну да. Я же не делаю ради этого каких-то усилий, или там что-то меняю в своей жизни.
— Это да.
