Автор
В Холоде в ее глазах читатель погружается в мир взаимных обманов и непростых решений между обеспеченной матери и своей дочери-интуристкой. Атмосфера книгу наполняет тихой сдержанностью, сквозь которую просвечивает подспудная ярость и неуловимая припевка свободы.
— А мы не стесним твою семью? — уточнила я.
— Нет, — рассмеялся Йер. — Когда увидишь наш дом, сама поймёшь почему.
Так как на объекте я должна была находиться два-три часа, то я позвала Йера с собой. Ну, не сидеть же ему всё это время в машине. Пока ходили, я рассказывала, что здесь планируется, каким должно быть, что именно я сейчас проверяю. Было заметно, что Йер мало что понимал. Но самое главное, я видела, что ему интересно то, чем я занимаюсь. По тем вопросам, что он задавал, по внимательному взгляду. И это было необыкновенно приятно.
В какой-то момент я почувствовала прилив гордости за свою работу, вроде того, который всегда испытывала при взгляде на сына.
Времени потребовалось больше, чем я планировала, поэтому к тому моменту, когда я закончила все дела, я уже основательно зам""eрзла. Йер ехал быстро, но аккуратно. Всё время посматривая на меня. Где-то через полчаса он остановил машину.
— Что ты делаешь? — удивилась я и попыталась вырвать у него свои ноги.
— Твоя обувь пром""eрзла, ты конечно тоже молодец, а я сразу не посмотрел.
— Это ""Катерпиллер"", я специально их брала для таких поездок. — Обиделась я за свои ботинки.
— Да, они прочные, и подошва отличная, но они не греют. Поверь потомку канадских трапперов. — Мои боты он поставил поближе к печке, а мои ноги начал растирать. — А сейчас они ещё и намокли.
— Йер, — только и успела возмутиться я, когда он ловко стянул с меня носки.
— Держи, — протянул он мне пару термоносков. Новые, ещё с этикеткой.
— А ты? — поинтересовалась я. — Ты же наверняка готовил это для себя.
— Разделим пару носков на двоих? — рассмеялся Йер. — На самом деле, Льдинка, нет. Это у меня свёрток про запас. У меня брат, егерь в национальном парке, и практически живёт как дикарь. Небольшой домик в самом парке, отопление дровами. Вот он и приучил. Он смеётся, что у нас в городах десять сантиметров снега на асфальте, это чуть ли не стихийное бедствие.
Он приподнял ногу и отвернул кожу своих ботинок, показывая, что внутри хороший слой меха.
— Крутой у тебя брат. — Улыбнулась я.
— Ага, скидывай свою курточку и на, заворачивайся. — Из того же свёртка, откуда он достал носки, появился тонкий шерстяной плед.
— Шерсть? — спросила я."
"— Слушай, Льдинка, я ирландец. Хоть и родился, и живу в Канаде.
