— Поверь, я не сильно буду переживать, если меня уберут с должности ректора. Устроюсь в другую академию преподавателем. Нам нужно думать теперь о нас, о нашем будущем, а не обо мне. Да и со свадьбой не стоит откладывать, ведь ты могла уже забеременеть.
С этими словами Винсент положил руку мне на живот и легонько погладил его. Казалось, мужчина отчаянно желал стать мужем, отцом. При этом он видел именно меня в роли своей жены. И снова я невольно провела параллель между ним и некромантом. Насколько ректор хотел приобрести статус семейного человека, настолько Ингрэм не допускал даже мысли о женитьбе.
— Я не пила настойку, — невнятно пробурчала я, отводя взгляд, однако слух у Винсента был превосходным.
— Какую настойку?
— Способствующую беременности.
— Эми, дети и без настоек появляются. К тому же после менее бурных ночей, чем была у нас…
Внезапно он накрыл меня собой, а затем перекатился на спину, не разжимая объятий. Я уперлась ладонями в мускулистую грудь и попыталась высвободиться, но угодила в еще больший плен сильных рук и ног.
— Так вы специально это сделали! Чтобы привязать к себе! — запыхавшись выпалила я и оставила борьбу.
— Не ""вы"", а ""ты"". И ничего я не делал специально. Просто рядом с тобой я теряю рассудок и самообладание. Не усложняй все. Позволь нам наконец-то стать счастливыми.
Еще вчера вечером я говорила эти слова Ингрэму, а сегодня сама едва не испортила то, к чему так стремилась.
— И прошу, что бы ни случилось, кто бы ни давил на тебя, чем бы ни угрожали, не принимай важных решений, не посоветовавшись предварительно со мной. Я не собираюсь ни в чем тебя ограничивать, Эми, но есть вопросы, в которых я более сведущ. Особенно теперь… Договорились? — он выжидательно смотрел на меня, тем временем как его руки вели нечестную игру: они скользили по моей спине, опаляя кожу огнем желания. Эта нежная ласка привела меня в оцепенение. Дождавшись моего кивка, Винсент продолжил заговорщицким тоном: — Тебе не кажется, что ночь была на удивление короткой?
— М-м-м… Вроде утро наступило в обычное время, — вымолвила серьезным тоном, однако не сдержалась и широко улыбнулась. Намек был очевиден.
— Видимо, это из-за того, что я так и не смог тобой насытиться, — любимый приподнялся на локтях, и я почувствовала его дыхание на своих губах. Золотисто-карие глаза потемнели, затуманились вновь вспыхнувшей страстью. — Подозреваю, подобного не случится ближайшие лет двадцать…
— Намереваетесь весь день провести в постели? — удивленно воскликнула я.
— Ты против? — на лице ректора промелькнула печаль.
— Через часа два мне обязательно нужно будет вернуться в свою комнату, иначе не избежать допроса.
Если я к тому времени не отзовусь, Берта поднимет тревогу и снова выломает дверь.