Первое сентября. Снова ожидание нового учебного года сменилось тоской и грустью, словно окна в школьном здании застыли в прохладе. Моя щека покрылась слезинкой, но горечь не так легко смирилась с новым учебным годом.
Охранники к тому времени уже загадочным образом исчезли, я их позже под лестницей нашел, а у спуска в лабораторию стоял таргеринец, у которого с ладоней слетали клубы дыма. Вот тогда я и понял, что дело плохо.
— Он тебя заметил?
— Да, между нами завязалась борьба. Между прочим, сильный был маг. Направили профессионалов. До сих пор не представляю, как ты с ними справилась в одиночку, — он снова присел на краешек и ласково провел пальцем по щеке.
— Ты мог погибнуть из-за меня… — горло сжалось в болезненном спазме, а глаза неприятно защипало.
— Все в порядке, любимая. На мне и царапины нет. Не представляешь, как я за тебя перепугался. Ни за что на свете не простил бы себя, если бы не уберег тебя, — он приблизился, и наши губы на миг соприкоснулись. — Прости мне вольность, но я порылся в твоем шкафу и взял кое-что из вещей. Подумал, тебе захочется во что-нибудь переодеться. А еще написал короткую записку, что ты срочно уехала к родителям, и сунул под дверь твоей соседки.
— Спасибо! Ты так заботлив! — мой голос дрогнул.
— Пойду приготовлю тебе полотенце и посмотрю, как там дела на кухне.
Винсент снова едва ощутимо поцеловал меня и вышел из спальни. На моих губах блуждала глупая улыбка. Я до сих пор не верила своему счастью. Но одного взгляда на наглую мордочку хватило, чтобы ощутить вину.
— Даже не представляешь, бандит, как я рада тебя видеть. Снова сбежал, — с тяжелым вздохом заключила я, поглаживая енота, и тот открыл свои хитрющие глазки. Вряд ли некромант отпустил бы своего фамильяра проведать меня после всего, что мы наговорили друг другу.
"Реакция Обжорки была незамедлительной: он вскочил, недовольно фыркнул, спрыгнул с кровати и исчез. По всей видимости, ему не понравилось услышанное. Но что я могла поделать?
— Уже ушел? — спросил внезапно появившийся в спальне Винсент.
— Да. Обиделся на меня и ушел, — я не смогла скрыть печали в голосе.
— Не грусти, Эми, он обязательно вернется. Вот увидишь. А теперь иди в душ и спускайся на кухню. Будем ужинать.
Мой желудок не остался равнодушным к услышанному и буквально завопил от голода. Чашка кофе за день — не еда. Едва заметно кивнув, выскользнула из постели, взяла свои вещи и направилась в ванную комнату.
