Начинается рассказ в тихой комнате старого дома, где свет из-под плотно закрытых штора создает неприкаянную атмосферу. Ясная лампа на столе бликует под взглядом человека, чьи слова заставляют дрожать от неизвестности и желания узнать больше.
Он так посмотрел на меня, что я узнала его! Это был он, это его глаза!
Я кинулась к нему в объятия, а Принц, подняв мою голову вверх, припал к моим губам.
Поцелуй был самым настоящим. Нежным, страстным, вызвавшим море оваций публики… И не по плану. С Назаром мы не целовались. Было просто объятие, а потом новый вальс в финале.
Он ласкал мои губы, упиваясь процессом, словно позабыв, что мы на сцене. Но нас не прерывали. Все словно наслаждались картиной красивой любви, считая, что так и было задумано. Моё сердце бешено колотилось в груди.
Все мои бабочки в животе окончательно взбесились и бились внутри меня с такой силой, что грозили меня унести на своих крылышках, которыми они очень-очень быстро перебирали, создавая щекотку…
Но рано или поздно всему приходит конец, и выбежавшие на сцену слуги и другие персонажи на поклон нас, конечно, заставили прервать поцелуй.
Другие герои встали полукругом, а мы с Даней остались в центре.
— Ну… — сказала я, ощущая, как дрожат мои руки, ноги и голос после столь волнительного поцелуя на глазах у всех. — Теперь снова вальс. Бери меня за талию.
Даня потянул меня за руку и прижал к себе. Крепко. Я покраснела — это очень откровенно для детской сказки… И наших отношений. Но я взяла его руку и подчинилась ему. Он вёл меня по сцене по небольшому кругу. Это было далеко от вальса, но зрителям явно нравилось — они хлопали и кричали “Браво!”.
Затем мы и все остальные герои выстроились в одну линию и пошли на поклон.
Вот и всё. Мы справились!
Школу не подвели.
Но… Что значит этот поцелуй? Что будет с нами дальше?
Моё сердце готово было выпрыгнуть и птичкой улететь к самому солнцу…
71.
— Ребята! Это было потрясающе! — хвалила нас за кулисами Агнесса. — Это было очень здорово. Бодров! Даня, ты… Ты такой молодец! Не подвёл нас.
— Угу, — только и ответил он, не отрывая взгляда от меня.
Когда спектакль кончился, мы переоделись в своё, мне вдруг стало неловко за все эти слова и поцелуи, и я стала прятать от него глаза.
Для меня это была как будто и не игра вовсе. А для него?
— А теперь — все пить чай! — начала нас толкать к выходу Агнесса. — Я хочу вас поблагодарить! Идёмте в мой кабинет.
— Мне надо домой, — обратился Даня к ней, и почему-то поглядывая через плечо на меня. — Меня ждут.
— Конечно-конечно, — закивала вожатая.
