Автор
В Хорошей Жене нет места для скандалов и шума. Глава начинается с трагической смерти Аделлы Бахтияровой в ее собственном доме. Крылышки убитой надгробия покрывают слова: "Хорошая жена и мать. Убита любимым мужем". В тексте создается нервная напряженность, ощущение, что истинные причины смерти остаются за кадром, словно зеркало скрыто под личинкой благовоспитанности и добра....
Наши другие, вернее мои - есть оговоренная грязная сумма, которую нужно отмыть, это надо сделать, такова цена твоей свободы от этого человека. Он слишком долго ждал, ему нужно удовлетворение своего нагулянного аппетита.
- И дядя Валера на это согласился?! Он же мне запретил!
- А мне нет. Не ты будешь брать это на себя, а я. Я сделаю это за тебя, ты останешься чиста перед законом.
- Нет! Нет! Я тебе запрещаю! - замотала головой Адель, стукая его по груди ладошками. - Нельзя! Ты не можешь! Я тебе не позволю из-за меня.
Руслан притянул её к себе, сжимая в крепких мужских объятиях, Адель жалобно пискнула где-то в их глубине.
- Я сказал, что сделаю всё, как надо, у меня больше возможностей и ресурсов. Тебе нужно будет только организовать выставку и собрать деньги в фонд, моё преступление никак его не коснётся и тебя тоже. Просто сделай, как я говорю, и ты будешь свободна, хотя бы от Крестовского. Пока так, дальше решим с Теймуром и его отцом. Я помогу и даже не вздумай со мной спорить, моя прекрасная Валькирия.
Скандинавская воительница не нашла ничего лучше, как разрыдаться на груди у мужчины, который встал таки между нею и всеми теми, кто шёл с мечом на неё. Мужчина, которого она не воспринимала всерьёз и не собиралась, вдруг стал её щитом, и от этого ей впервые за последний год стало спокойнее. Теперь они вдвоём, плечом к плечу, и не будет им равных на поле боя.
Глава 27. Плохая жена и её плохой муж
Глава 27. Плохая жена и её плохой муж
Четыре дня Руслан и Адель провели за составлением списка имён женщин для выставки. Багдасаров поступился своими нерушимыми принципами - не писать женщин, которые стали красивыми из-за скальпеля хирурга или иглы косметолога. Он махнул рукой с зажатой в ней кистью и сотворил два десятка шедевров в сжатые сроки. Его замысел по привлечению огромных средств был прост - мужчины очень тщеславны, а женщины ранимы.
