Автор
Когда на экране телефона высветилось имя подруги, я затаила дыхание. Мы обсуждали планы на вечер — и тут вдруг предложение о встрече с неумолимо ловким Максом прорезалось в моей голове как молоток в кремне. Теперь уже не до романтики, все внимание прикована к следующему шагу в этом изысканном интриге, где даже женщины испускают дух под влиянием Соловья-разбойника....
– Я написал тебе эсэмэс, позвонил. Номер не обслуживался. Приехал в вуз, где ты учился. На занятия ты не ходил. Я занервничал, встретился с Аллой, та на меня три бочки дерьма вылила, потом стала в любви признаваться. Сумасшедший дом! Я ушел! А во дворе Аня меня поджидала, схватила за руку: «Папа, я тебя отведу к брату, он в беде!»
– Анютка все знала, – пробормотала Наташа-Марина, – ей тогда было двенадцать. Ушки на макушке, любопытная.
– У нее талант детектива, – добавил Антон-Алексей, – мы в Дегтярке жили, хитруша видела, как я поздно вечером из окна своей комнаты выпрыгнул.
– Сидим спокойно на берегу реки, – продолжила Наташа-Марина, – и вдруг голос: «Всем здрассти».
– Они меня сначала побить хотели, – захихикала Аня, – а потом мы все подружились. Я бы их даже под пытками не выдала. Но когда увидела, где они живут! И денег нет! Работы нет! Ребеночек должен родиться. Вот тут я решила, что надо папе признаться. Он не мама, он поможет! Он добрый, честный, лучший…
– Остановись, – попросил Олег, – да, когда я убедился, что ребята в глухой заднице, меня как кипятком окатило.
Глава сороковая
– Пап, я никогда на тебя не обижался, – перебил Олега сын, – понимал, что ты бизнесом ворочаешь. Я знал, что с Аллой жить невозможно, и жалел тебя. Но поговорить по душам у нас не получалось.
Барабанов после короткой паузы ответил:
– Аня меня в подвал, где вы жили, привела.
– От нас только что уехали детективы, – сказал Антон-Алексей, – я тебе о них рассказывал. Вас ждал, поэтому договорился с сыщиками встретиться пораньше. Записал нашу беседу. Послушайте.
Из динамика раздался вопрос:
«Вы любите кофе?» – «Да», – прозвучало в ответ.
– Когда слышу свой голос, он мне кажется на редкость противным, – усмехнулась Таня.
– Я пищу, как больная мышь, а на видео выгляжу Бабой Ягой, – вздохнула я.
– Тсс, – шикнул Димон, – прекратите болтать! Слушайте молча.
Мы притихли. Когда запись беседы завершилась, Антон-Алексей спросил:
– Аня, ты ничего не хочешь нам рассказать?
– Нет, – ответила девушка.
– Медальон с изображением котенка и надписью: «Котики любят тебя», – продолжил сын Барабанова.
