Автор
Когда на экране телефона высветилось имя подруги, я затаила дыхание. Мы обсуждали планы на вечер — и тут вдруг предложение о встрече с неумолимо ловким Максом прорезалось в моей голове как молоток в кремне. Теперь уже не до романтики, все внимание прикована к следующему шагу в этом изысканном интриге, где даже женщины испускают дух под влиянием Соловья-разбойника....
Подумала, наверное, у вас дети есть. Вы поймете, что я испытываю. Пожалуйста, выслушайте меня. Еще раз расскажу, что произошло.
Я попыталась остановить Антонину:
– Не надо, у меня хорошая память.
Лицо гостьи неожиданно исказила злая гримаса.
– Нет! Вы что-нибудь забыли! Должно быть по-моему! Я права! Я всегда права! Ох, простите, нервы никуда не годятся. Простите, простите!
– Конечно, мы внимательно вас выслушаем, – неожиданно вмешалась Татьяна."
"– Моя девочка! Она пропала! – закричала Нестерова. – Много лет никаких известий! И вдруг! Вы нашли записку! Господи! Я после смерти мужа ни разу на дачу не ездила.
Я не знала, как реагировать на поведение Нестеровой, не понимала, что происходит. Во время своего первого визита Антонина произвела на меня хорошее впечатление: интеллигентная, воспитанная дама, у которой в жизни произошла трагедия: пропала обожаемая дочь.
– Где находится ваша дача? – неожиданно осведомилась Таня.
Простой вопрос вернул Антонине самообладание.
– В Ломакине, – ответила она и вдруг улыбнулась: – Надо на электричке с Киевского вокзала ехать, или на машине по Минскому шоссе.
– Надо же! У моих родителей дача в Милятине, – обрадовалась Сергеева, – мы соседи. У нас там грибные места! А чем закончилась история с вашей дочкой?
– Она домой не вернулась. Пропала навсегда, – ответила Антонина, – много лет назад!
Нестерова продолжала излагать историю, которую я уже слышала. Сообщив о содержании записки, которую оставила Марина, Нестерова приложила ладонь ко лбу, ее лицо исказилось.
– Голова кружится, сейчас упаду. Вы должны, вы обязаны мне помочь! Вы!..
Нестерова грубо выругалась. Я окончательно перестала понимать, что происходит. Но Таня, похоже, совсем не удивилась.
– Да, да, – кивнула она, – конечно, мы все сделаем. Непременно! Мы с Евлампией понимаем, что вы чувствуете, и выполним любые ваши приказы.
– Это не я, – прошептала Антонина, – простите.
– Понятно, – опять согласилась Сергеева.
