Автор
В шестьдесят дней мы не встречались. Как молния я узнала его даже со спины — широкие плечи, стойкое мужество и темный костюм подчеркивающий идеальную фигуру. Его стрижка и осанка — все знакомо так, что захотелось прижаться к нему всем телом и обнять, прошептав только одно слово: "Здравствуй"....
И свою характеристику он может засунуть себе в…там ей и самое место.
– Что ты сказала?! – угрожающе прошипел Марк, резко теряя субординацию, и мрачнея на глазах. Упс, последнее я, кажется, произнесла вслух. И довольная улыбка тут же расползлась на моем лице. А как тебе это, Воскресенский?!
Но неожиданно в наш «любезный» диалог вмешивается Вячеслав, спутав мне все карты.
– Екатерина, а не составите ли вы мне компанию? Дело в том, что мне не с кем пойти, а одному идти нет желания – не комильфо, да и не хочется весь вечер отгонять от себя назойливых барышень.
– Так, может, лучше вообще не ходить? – съязвила я, усмехнувшись.
– Не могу, положение обязывает. Соглашайся, обещаю, что скучно со мной не будет.
Я кожей чувствую злость Марка, она повисла в воздухе между нами, наэлектризовывая его. И чтобы хоть как-то насолить ему, тяну со злорадством, несмотря на то, что знаю – этот вечер вскроет мою душевную рану, оставив после себя выжженное поле:
– Уговорили, Вячеслав. Тогда до встречи на вечере.
Пора перестать залатывать мою душевную дыру белыми нитками. Надо пережить этот день и перестать возвращаться к нему из года в год. Между нами уже ничего не может быть. Между нами сейчас не только океан, но и непреодолимые обстоятельства в виде его жены и ребенка.
Да, Китенок растет без отца. Да, Марк сам не захотел о нас знать. И даже ни разу не поинтересовался сыном и дал понять, что счастлив с женой (вот насчет этого у меня сомнения!). Но тогда, четыре года назад, мне смогли внушить и записать на подкорке моего сознания, ЧТО может случиться со мной или ребенком, если я еще раз напомню о существовании Китенка…Поэтому я сцеплю зубы, буду по ночам выть в подушку, но буду молчать до последнего!
Глава 18 Катя
– Мамочка, ты такая красивая! – восхищенно протянул Никита, крутясь вокруг меня, пока я добавляла последние штрихи к своему образу: платье лазурного цвета с пышной юбкой до колена, туфли в тон, волосы, слегка завитые, оставила распущенными, подчеркнула глаза и нанесла тушь на ресницы.
– Спасибо, сынок, – весело произнесла я, целуя его в кончик носа."
"– Наша мамочка самая красивая! – добавила мама, появляясь в дверях гостиной. – Иди спокойно, Катюш, мы с Никитушкой весело проведем время, отдохни. А то все время работала, света белого не видя. Так нельзя, ты молода, красива…
– Мааам, не начинай! Все, я убежала! Китенок, слушайся бабушку. Я тебя люблю.
