Автор
В шестьдесят дней мы не встречались. Как молния я узнала его даже со спины — широкие плечи, стойкое мужество и темный костюм подчеркивающий идеальную фигуру. Его стрижка и осанка — все знакомо так, что захотелось прижаться к нему всем телом и обнять, прошептав только одно слово: "Здравствуй"....
– Ты больной, – сдавленно отвечаю я, переступая с ноги на ногу от возбуждения.
– Да, Катя. Я болею тобой вот уже четыре года. А ты сбежала, не дав мне ничего объяснить…
Я хотела ответить, что ведь просила его о том же самом, не просто просила, а умоляла…Но именно в этот момент на мои глаза ложится повязка и свет меркнет.
– Что это? Марк? Мне это не нравится, – и это действительно так: мало того, что я беспомощна, так еще и ничего не вижу.
– Тссс, Катя, успокойся. Когда ты ничего не видишь, то ощущения обостряются.
Боже, зачем я соглашаюсь вообще на это?! Почему не скажу, что мне это не нравится и не уйду? Потому что это вранье. Потому что тоже отчаянно хочу запомнить сегодняшний день."
"Я стояла в напряжении, ожидая дальнейших действий от Марка, но прошла минута, вторая, третья, и ничего не происходило. И ожидание, черт возьми, возбуждало не хуже прикосновений! Я уже была готова гореть и умолять, чтобы Марк коснулся меня.
Неожиданно он прикасается к основанию шеи и медленно ведет по позвоночнику вниз, пересчитывая позвонки, вызывая табун мурашек.
– Такая чувственная, отзывчивая…Ты потрясающая, Катя…
– Марк…– шепчу я, сама не зная, о чем прошу.
Неожиданно мою правую ягодицу обжигает звонкий шлепок, настолько сильный, что я вскрикиваю.
– Сдурел?!
– Это наказание. За флирт. А это, – еще один заставляет едва не подпрыгнуть на месте, – за нервотрепку.
Контраст ударов и нежных прикосновений к разгоряченной коже вызывали во мне смесь эмоций, которые я не испытывала до этого момента, и понятия не имела, чего хочу больше: чтобы Марк продолжил или остановился. После пятого шлепка я поняла, что не чувствую боли, только дикое возбуждение, что требует выхода.
– Маааарк, – молю его, вертя головой из стороны в сторону, до крови закусывая губу, – пожалуйста…
– Чего ты хочешь, Катя?
– Я…не знаю…Пожалуйста, сделай что-нибудь…
– Нееет, так не пойдет, моя дорогая, – тоном змея искусителя тянет этот паршивец. Но ничего, только развяжи мне руки, уж я доберусь до тебя, альфа-самец! – Я хочу услышать четкое желание. И я тут же его исполню.
