В снегопадущей зимней пустыне городских улиц, где хлопья снега медленно опускаются на лица прохожих, заключительный день работы юриста оказывается необычайно холодным и скучным. Он мечтает о том, чтобы купить себе теплую пальто или хотя бы теплые перчатки, не говоря уже о совести, которой так и не нашел ни одного клиента в своей жизни. Этот юрист живет своей странной реалистичной жизнью среди метеорологических прогнозов и непонятных обязательств....
Мы были первыми, а значит, долгие месяцы тренировок не пропали зря. Счастливая, я шлепнулась лицом вниз, теряя сознание.
После нашей феерической победы мы лежали в медпункте, где нас отпаивали зельями. Чтобы, как заметил заглянувший Руфим, мы хотя бы смогли выйти получить приз.
После ректора пришел Гарнер и, пока мы потягивали целебные напитки, расхаживал взад-вперед и отчитывал нас:
– Конечно, вы победили, с чем я вас и поздравляю. Но такая безответственность! Я столько месяцев тренировал вас, мы отрабатывали стратегии – и что?!
– Мы победили! – сообщил Дима, допив свой стакан.
– Да. Но как? Простой грубой силой! А если бы противник оказался сильнее или имел скрытые преимущества?
– Мы хорошо знали расклад сил, – пробормотал Слава.
– А во время настоящего боя тоже будете знать? Очень безответственная стратегия! Не удивлюсь, если ее придумала Ронер, – хмуро взглянул на меня инквизитор.
– Лер, в моем мире говорят так: «Победителей не судят».
– В нашей профессии тоже есть пара поговорок. Я тебе их потом процитирую, – зловеще пообещал Гарнер.
– Какое? – поинтересовалась я, когда мы направились за инквизитором."
"– За первые три места полагаются также денежные призы.
На центральном постаменте уже стояли две тройки, к которым присоединились и мы. А внизу, на самом поле, где проходили бои, собрались чуть ли не все студенты Академиии, ждущие награждения.
Руфим вышел вперед и приподнял руки, приглушая шум.
– Вот и закончились очередные состязания.
Повернувшись к нам, он раздал медные диски (надо думать, плюшки на них хорошие лежат).
Гордость переполняла нас, и, когда все аплодировали, я непроизвольно посмотрела на Велора.
Он взирал на меня с легкой насмешкой, но в глазах плескалось что-то похожее на уважение, хотя, наверное, мне показалось.
В этот момент я была счастлива как никогда и сделала важное открытие. Теперь это мой мир, и я здесь своя по праву.
Эпилог
Не важно, что что-то идет неправильно.
Неизвестный авторМы с ребятами отсыпались и занимались приятнейшей вещью – ничего не делали. Перспективы были прекрасны – год практики в теплом, престижном, хорошем месте, без Велора, без Надима. Тишина, спокойствие и отдых. Жизнь хороша!
На третий день мы получили увольнение, но прежде пришли к Гарнеру. Первые полчаса он воспитывал нас и разбирал по полочкам, что мы сделали во время соревнований не так.
