Автор
В Хождении под мухой Дарья Донцова демонстрирует жизнь через призму несправедливости и противоречий. Жизнь оказывается равновесной сансарой: одни жалуются, другие страдают, пока судьба не решает поменять все в одночасье. Надежда Киселева, которую всем завидовали, внезапно получает всё - красоту, удачу, деньги. В ожидании счастья она погружается в новые жизненные приключения, открывая глаза на истинные ценности и забытые грехи....
– Где?
– Ну в супермаркете, возле метро, – спокойно повторила Капа, – знаешь, такой огромный, серый дом, а внизу продуктами торгуют. Кстати, выбор хороший, дороговато, правда, но, если срочно чего нужно, очень удобно. Что молчишь? Ты туда не ходишь?
Хожу, естественно. Более того, только туда и бегаю, потому что, как правило, забываю купить продукты и несусь сломя голову в супермаркет.
– Капа, как же ты не побоялась ночью одна идти через дворик? Тут хоть и близко, но очень неприятно в темное время суток.
– Чего бояться? – фыркнула Капа.
– На чем?
– На машине, – повторила Капа.
– Господи, – испугалась я, – бомбиста по ночам ловить! Ну придумала! Знаешь, какие люди по темноте из гаража выезжают! Да тебя могли изнасиловать!
Сказав последнюю фразу, я прикусила язык, ну уж это вряд ли, все-таки по московским улицам не бродят стаями геронтофилы. Так что с изнасилованием я явно погорячилась, а вот отнять кошелек или выдернуть из Капиных ушей симпатичные золотые сережки – это запросто.
– Закрыла стекла и поехала, – продолжала старушка, – люблю по ночам кататься, народу никого, парковаться легко.
В моей голове забрезжил рассвет.
– Погоди, ты сама за рулем?!
– Ну да, а что тебя так удивило?
«Нет, ничего, конечно, просто тебе небось стукнуло сто лет», – хотела было ответить я, но удержалась.
– Блинчики!!! – заорал вбежавший Кирюшка. – О-о-о…
Полный восторг выразили и все остальные члены семьи. Потом они бесконечно возвращались с первого этажа назад, хватали забытые портфели, ключи, сигареты… В восемь мы остались с Капой вдвоем.
– Гулять, – закричала я, тряся поводками.
Из всех комнат выскочили собаки. У каждой из них есть свое любимое местечко. Рейчел обожает супружескую кровать Сережки и Юлечки. Сколько ни выпихивали ребята на пол шестидесятикилограммовую тушу терьерихи, та упорно возвращается на место. Причем действует крайне хитро. Сначала, пока муж с женой мирно читают книжки, Рейчел спокойно спит на коврике, затем, когда свет гаснет, она кладет на край софы морду, потом пододвигает ее поглубже… Затем втягивает на матрас одну лапу, другую, процесс идет медленно, но неотвратимо.
