Автор
Евлампия Романова пытается расследовать серию убийств, но её жизнь превращается в настоящий хаос: в квартире поселилась экстравагантная бабушка на роликах, а в постели спит огромная ящерица. Сумеет ли сыщица найти правду среди этого абсурда и разобраться в запутанных преступлениях?
Санитары и шофер несли нечто, с размозженной, залитой кровью головой.
– Давай прямо в экстренную, – велела «жердь».
Группа исчезла. Я посмотрела внимательно на машину: самая обычная, белая, с красным крестом. Ладно, сейчас во всем разберемся, вызовем Лену. Я ткнула в звонок, чувствуя, что сейчас превращусь в ледяную статую. Никогда в жизни мне не было так плохо.
Внезапно дверь без всяких вопросов распахнулась, но на пороге стояла не Лена, а толстенькая девушка, похожая на ванильную зефирину, вся такая бело-розовая и аппетитная.
– Вы к нам? – удивленно спросила она, оглядывая меня.
Я растерянно молчала, соображая, что лучше сказать. Но на ум, как назло, не шло ничего достойного.
– Чего хотите? – спросила «зефирка».
Я опять промолчала.
– Кто там, Женя? – раздался резкий голос, и к двери подошла «жердь».
Мне стало совсем нехорошо. Одно дело разговаривать с сердобольной Леной, другое с этой теткой, у которой нехорошие черные глаза, тонкие губы и безапелляционный голос начальницы. Такая не поверит никаким сказкам, и мой язык словно прилип к небу.
– Вот, – растерянно сказала Женя, – сама не знаю, Маргарита Михайловна, чего ей надо. Странно, однако, пришла раздетая и молчит.
– Вы кто? – резко спросила Маргарита Михайловна. – Немая, что ли?
Я радостно затрясла головой. Немая, немая.
– Глухонемая, – повторила Женя.
Я опять, по-идиотски улыбаясь, закивала. Глухая, конечно, глухая.
– Вроде она нас слышит, – засомневалась Женя.
Я помотала головой. Нет, совершенно не слышу, немая и глухая дурочка.
– Они по губам умеют читать, – ответила Маргарита Михайловна.
Я вновь заулыбалась. Правильно, именно по губам.
– Чего она раздетая? – продолжила удивляться Женя. – И вообще, откуда взялась?
– Думаю, из психоневрологического интерната сбежала, – со вздохом пояснила врач, – он тут в двух шагах от нас, на повороте. Иди, позвони им, в ординаторской под стеклом есть номер телефона.
Женя убежала. Маргарита Михайловна показала мне рукой на стул и, четко выговаривая слова, сказала:
– Садись, не бойся.
Я покорно плюхнулась на протертое сиденье, замирая от ужаса. Сейчас вернется медсестра, скажет, что в интернате все на месте. Интересно, что они со мной сделают?
– Маргарита Михайловна, – закричала Женя, – ихняя она, сегодня трое сбежало. Ракова, Полуянова и Косарева.
– Чего же они их не ищут? – удивилась врач.
Женя пожала плечами:
– Там никто не дергается, говорят так спокойненько: «Пусть у вас переночует, завтра заберем».
