Автор
В Хождении под мухой Дарья Донцова демонстрирует жизнь через призму несправедливости и противоречий. Жизнь оказывается равновесной сансарой: одни жалуются, другие страдают, пока судьба не решает поменять все в одночасье. Надежда Киселева, которую всем завидовали, внезапно получает всё - красоту, удачу, деньги. В ожидании счастья она погружается в новые жизненные приключения, открывая глаза на истинные ценности и забытые грехи....
– Лампа, – пробормотала Надя, – спишь?
– Нет, нет, читаю, опять что-то стряслось?
В трубке стояла тишина, потом раздались рыдания.
– Сейчас приеду, – пообещала я и побрела одеваться.
Надя была на этот раз не в халате, а в свитере и джинсах.
– Опять звонили? – спросила я, снимая сапоги.
– Нет, – прошелестела Надя, нервно ломая пальцы. – Хуже!
– Что еще?
– Богдан приходил.
Я выронила сапог.
– Как?
Надя, трясясь в ознобе, тыкала рукой в сторону балкона:
– Там, там…
Не сняв второй сапог, я вылетела на лоджию.
– Тут пусто, успокойся.
Надя покачала головой:
– Он внизу стоял.
– Где?
– У гаражей.
– Ты ничего не перепутала?
– Сначала зазвонил телефон, – начала Надя.
Подруга сняла трубку и услышала далекий-далекий голос, долетавший сквозь треск и писк.
– Надюша, я же просил костюм. Неужели трудно выполнить такую простую просьбу? Леночка приехала, а никакой посылки нет. Не ожидал от тебя.
– Послушай, – взвилась я, – ты что, не поняла? Кто-то просто издевается. Голос-то не Богдана.
– Не знаю я ничего, – заплакала Надя, – вообще ничего не сообразила. Слышно было плохо, просто отвратительно. Какой костюм? Что за Леночка?"
"Я прикусила язык. Совсем забыла, что соврала Наде и не рассказала ни про брюки с пиджаком, лежавшие в сумке, ни про визит к маленькой покойнице…
Надя тем временем продолжала:
– Ну, а потом он шепнул: «Иди на балкон, я тебе покажусь».
Загипнотизированная, словно кролик перед удавом, Надюша вышла на лоджию и услыхала тихое:
– Эгей!
Возле гаража-ракушки стоял Богдан, одетый в костюм и белую сорочку.
– Скоро встретимся, 10 марта.
– А дальше что? – обалдело спросила я.
– В обморок я упала, – поморщилась Надя, – со всей силы затылком о ящичек с картошкой ударилась, болит жуть. А когда пришла в себя, все, никого нет.
– Это глюки!
– Нет, я видела очень ясно Богдана, прямо как тебя.
Я закусила нижнюю губу. Дело плохо, пахнет психиатрической клиникой, еще пара таких звонков, и у Нади съедет крыша.
– Под фонарем он стоял, – пояснила Надя, – видишь, как около гаражей светло.
