Автор
В Хождении под мухой Дарья Донцова демонстрирует жизнь через призму несправедливости и противоречий. Жизнь оказывается равновесной сансарой: одни жалуются, другие страдают, пока судьба не решает поменять все в одночасье. Надежда Киселева, которую всем завидовали, внезапно получает всё - красоту, удачу, деньги. В ожидании счастья она погружается в новые жизненные приключения, открывая глаза на истинные ценности и забытые грехи....
Я вздохнула. Очевидно, у бедной Светланы нет настоящих друзей, вот женщина и не привыкла к тому, что кто-то может помочь бескорыстно.
– Мне не нужны деньги, более того, я могу попробовать выручить ваши пятнадцать тысяч.
В глазах Светы мелькнула робкая надежда.
– Да? И сколько?
– Нисколько, лишь бы получилось. Только вы должны мне помочь.
– Как?
– Позвоните своей хозяйке, поблагодарите, сообщите, что у Славика все хорошо, и спросите, нельзя ли помочь на тех же условиях даме по имени Евлампия Андреевна Романова, это я.
– Зачем?
– Послушайте, не будем терять времени, хотите вернуть деньги, звоните.
– Мне не нужны эти тысячи, – выдохнула Света.
– Правда?
– Пусть лучше Славика прооперируют.
– Может, получится, звоните!
Света пододвинула к себе допотопный аппарат и принялась накручивать черный диск.
– Тамара Петровна? Здрассти, Света беспокоит.
Я молча слушала ее сбивчивую речь. Наконец женщина положила трубку на рычаг:
– Прямо сейчас велит ехать.
– Куда?
– Улица Фестивальная, знаете?
Еще бы, это совсем недалеко от моего дома.
– Вот, глядите, – старательно растолковывала Света, – на бумаге нарисую. Там запутаться легко, первым стоит дом 9, а вам нужен 9б, только не перепутайте, не «а». 9б.
Я кивнула и уехала.
ГЛАВА 14
Тамара Петровна встретила меня, как родную, и повела по ковровым дорожкам в глубь отлично отремонтированной и дорого обставленной квартиры. Кухня тут оказалась просторной, сплошь забитой бытовыми электроприборами. Кофе мне предложили отличный, а коробка конфет бельгийского производства, с которой хозяйка небрежно содрала хрусткую обертку, стоила пятьсот рублей.
– Дорогая моя, – щебетала Тамара Петровна, – я понимаю ваше горе, кто в семье болен?
Я человек суеверный, поэтому заявила:
– Муж.
– Вот уж несчастье, – квохтала дама, – совершенно случайно я имею возможность помочь, абсолютно бескорыстно.
Я посмотрела на ее сверкающие кольца, нанизанные на пальцы в несколько рядов, на тяжелые, оттягивающие уши серьги, на толстую цепочку… Обежала глазами роскошную кухню и кивнула:
– Встречаются, к счастью, в наши времена добрые люди.
– Абсолютно случайно я знаю об этой возможности, – ощупывала меня цепким взглядом хозяйка, – но, к сожалению, не все отличаются человеколюбием, поэтому операция стоит денег.
