Автор
В холодных лагерях под Москвой, где ночи темны как ад, корова становится очевидцем необычного явления — гиганты с небес. Месяц до путешествия и ты уже знаешь, что даже животные не застрахованы от загадочных пришествий сверкающих существ.
Издалека вижу, что домина у Шоберта большой, забором высоким обнесен, территория дворовая огромна. Видны верхушки деревьев. Видимо, сад есть или парк. Хорошо устроился олигарх. Приблизившись, заметила и вышки караульные, и людей на стенах. Да тут целая крепость!
Ворота отворились, когда метров триста не дошла. Всадники навстречу выехали.
Остановилась. Важный вид сделала, немного недовольный, как Гордон сказал.
— Леди! — Крикнул еще на подходе один из них. — Вам нужна помощь?! Что стряслось?!
Белобрысенький, молодой.
— Экипаж сломался, — выдаю. — Чинят. Решила заскочить к соседу пешком, не люблю сидеть на месте. Барон Шоберт дома?
— О! Леди! — Восклицает, с коня прыгает, ко мне идет и вижу, как начинает краснеть. — Я…эм… его сын Сталий…эм… баронет Ирнский, рыцарь графа Арлена.
Сглотнул. Остановился, видно, что затупил малость. Пресный, глазки зелененькие, маленькие. Улыбнулась ему шире, тот вообще съежился. Ручку подала. Тот резко наклонился, зубами стукнул о мою ладошку.
— Простите, леди, — спохватился, снова за руку берет. Еле отобрала.
— Леди Валерия Балейская, ваша соседка, — представляюсь милым голоском.
Юноше лет двадцать. Смущен, меры нет, видно по нему. Сперва бежал бодро, а как рассмотрел меня, начал тормозить по страшному. От мужчин такого эффекта еще не добивалась. Начинаю наполняться уверенностью.
— Прошу в дом, — выдал, что далось ему без запинки с особым усилием.
Жест у него вышел тоже дерганный.
"Особняк. Вот это настоящий коттедж, не то, что у меня развалина под снос. Три бодреньких этажа в кирпиче и облицовке под беж, крыльцо красивое с колоннами бежевыми, окошки со ставнями резными, дом из сегментов состоит, даже пристройки гармонично пришлись. Всюду газончики разноцветные, кустики подстриженные. Веет розами. Садовник приличный маячит.
Усадьба Екатерины Великой воочию.
Пока рот разевала на все подряд, на крыльце барышни появились посерьезнее прислуги. Управляющая дома с помощницами, которых Сталий истерично вызывал, объявляя о гостье. Дом засуетился, чувствуется.
Вошла вовнутрь. Ковровая дорожка, мраморный пол. Внутри светло, лампы масляные, из окон свет бьет щедро. После моей полутьмы домашней, тут кажется вообще светлее некуда.
