Непонимание и страх окутывали меня плотным мистическим паром. Я бежала по улочкам, пытаясь отдышаться от волнений и догадок. Вдруг раздался визг тормозов и зловещий грохот, заставивший ноги отказаться от меня. Кто-то выдернул меня из сферы своего ума - мужчина, незнакомый голос заполнил воздух, будоража и призывая....
А он продолжал говорить, глядя на меня с нескрываемой мукой:
— Мой дракон почуял в тебе свою пару. Это невозможно, потому что ты человек, но это случилось. Я не сдержался, прости. Это моя вина. Но теперь… — он замолк на секунду, чтобы произнести едва слышно, но решительно и непреклонно: — Я не смогу тебя отпустить. Он не отпустит. Зов дракона сильнее рассудка.
Я уставилась на губы Габриэля, ловя последние отзвуки его голоса. Кожей впитывая горечь, что осела в его словах.
Внутри меня что-то нетерпеливо зашевелилось, подняло голову и расправило крылья.
— Глупый, — я поймала себя на том, что улыбаюсь, — тебе не нужно меня отпускать. Разве я не твердила все это время, что хочу остаться?!
Его глаза распахнулись шире, зрачки затопили всю радужку.
— Рори! — изумленные нотки в голосе Габа заставили меня замереть. — Смотри!
Кажется, он впервые назвал меня так. Или нет?
Я оторвала от него взгляд и растерянно уставилась на свои руки.
Они светились.
Нет, не просто светились! Они медленно, но неуклонно покрывались сияющей чешуей.
— Что это? — ахнула, поднося пальцы к глазам. — Что происходит?!
Один вдох — и на месте аккуратных коротких ногтей заблестели острые коготки. Симпатичные такие, перламутровые. И что-то подсказывает, очень опасные.
— Значит, я не ошибся… Запах не обманул…
Глава 26
Габриэль смотрел на меня с восторгом и восхищением, как я сама еще недавно впервые смотрела на анкров.
Зачесались лопатки. Неистово. Так что захотелось разодрать кожу до крови новенькими когтями. Я уже потянулась назад, когда Габриэль перехватил мои руки. Наши ладони соединились, меня словно ударило током.
— Стой! Этого делать нельзя! Они должны сами прорезаться!
Что? О чем он вообще?
Возмутиться вслух не успела.
Раздался резкий короткий треск.
Что-то тяжелое и непонятное дернуло меня в сторону, придавило к земле, потянуло назад. Ощущение, будто я во время свободного падения резко выпустила парашют. Или у меня за спиной оказались два мешка, доверху набитые булыжниками.
— Ай! Что происходит?!
— Это крылья! И они очень милые!
Габ смеялся. Впервые я слышала его смех."
"Мне же было совсем не смешно. Тело меня не слушалось. Так называемые крылья мешали.
