Автор
В глубоких сибирских холодах жительница деревни решает бросить вызов мрачной зимней бездны, но каждый шаг становится опаснее, и она оказывается в тяжелом выживальном положении. Тайна загадочного города за пределами поселка придает сюжету непредсказуемости и адреналину, привлекая читателя к неизведанным уютам этого запутанного места....
Похоже, «Хозяин города (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я зарываюсь пальцами в его короткие волосы, тяну вверх, но, вопреки своим же действиям, зажимаю ногами его голову.
Ещё немножко и наступит взрыв. Яркий, оглушительный, как это было в прошлый раз. Но Бекет не даёт мне желаемого. Отстраняется, влажными губами поднимается выше, исследует языком лобок, скользит по животу. Я вонзаюсь ногтями в его плечи, но Иван, словно не чувствует боли. Поднимается, ложится на меня.
— Потерпи немножко, ладно? — дышит прерывисто, взгляд затуманен пеленой похоти, а я теряюсь от чувств, которые застают так внезапно.
"— Возьми меня… Пожалуйста, — прошу совсем тихо, и он, кажется, меня не слышит. Водит головкой у влажного входа, будто дразнит.
* * *
И сходит с ума от того как сильно рвёт от неё крышу. От этой маленькой, хрупкой девчонки, которая завладела не только всеми его мыслями, но, похоже, и телом. Потому что он знает точно: на другую уже не встанет. Не захочется других после такой. От её невинности сносит крышу, спирает нахрен дыхание.
Прижимает её к себе, придавливает своим телом и медленно погружается в девочку. Та судорожно вдыхает, цепляется за его предплечья и вскрикивает, когда Бекет резко проталкивается внутрь. Член обдаёт жаром её тела, и мышцы Миланы судорожно сжимаются вокруг его ствола. Слишком тесно. Почти до боли. И грудную клетку рвёт в клочья от её жалобного стона. А вместе с тем накатывает такая дикая похоть, что еле сдерживается, чтобы не порвать её.
Она кусает губы, царапает его грудь, но глаз не закрывает. Доверчиво смотрит в глаза, морщится от боли.
— Надо потерпеть, — целует её в губы, легко толкается навстречу, пригвождая девочку к кровати. Ещё раз и уже сильнее. А она не отталкивает. Доверчиво раздвигает ножки, выгибает спину, впуская его глубже в себя. Расслабляется, насколько это возможно, и обнимает его за шею, пытаясь притянуть ближе.
Иван сдерживается, скалится при каждом толчке в ней, стискивает челюсти до хруста в скулах и боли и выпивает каждый её вздох.
Её острые соски царапают грудь Бекета, вызывая дрожь при каждом соприкосновении, и тело уже живёт своей жизнью. Оно требует разрядки, требует чего-то большего. Как можно больше взять, захватить, овладеть. Взять всё и без остатка.
