Тайрону перед глазами открывается драматический скenasцо: розовая девочка с распахнутыми глазами и вывернутыми зубами лежит на холодном поле, а над ней — женский голос, заполняющий воздух злобой. В этот момент он замечает тонкую девушку внизу террасы, практически полностью разложившуюся на каменных плитах, и смотрит на неё с отчаянием и тревогой — она явно принадлежит к числу рабов. В воздухе повисает напряженная атмосфера опасности и непонимания....
Родители продавали детей, дети родителей, братья — сестер, но чтобы рабы продавали сами себя… такое я вижу впервые! Дениэл Ленни — это ведь вы, молодой человек?
Денни вздрогнул и низко наклонил голову, а Диана забыла, как дышать. Неужели торговец так просто раскусил их?
— Я задал вопрос! — строго произнес торговец.
Денни расправил плечи и взглянул ликерийцу прямо в глаза.
— Да! Дениэл Ленни — это я!
— Сколько огня в этом мальчишке! — усмехнулся мужчина.
— У вас ведь неприятности? Те трое на площади за вами гнались? — участливо произнесла женщина, глядя в окно павильона.
— За нами! — подтвердил Денни.
— Помоги им, Кайл! Помоги этим детям, ради нашего нерожденного ребенка! — вдруг произнесла Рисса и с тоской посмотрела на торговца.
Диана не поверила своим ушам. Ликерийка, скупающая рабов, готова помочь седнианским детям? Это не вписывалось в общую картину восприятия нового мира. Это вообще никуда не вписывалось! Девушка потрясенно посмотрела на спасительницу, а та, поймав взгляд Дианы, улыбнулась.
— Запомни, детка, — произнесла она, глядя на Диану полными боли глазами, — в жизни кроме белого и черного, существует множество оттенков. Нет абсолютного зла, нет абсолютного добра, есть лишь обстоятельства, заставляющие людей совершать те или иные поступки.
— Рисса! — предостерег ее мужчина. — Мы не должны испытывать эмоции к товару.
— Не должны! — согласилась ликерийка. — Но мы можем заключить с этими детьми честную сделку и постараться пристроить их в хороший торговый дом а дальше сама судьба поведет их.
"— Как скажешь, дорогая, как скажешь! — ликериец что-то набрал на своем приборе и оповестил: — Я готов перевести на счет Дениэла Ленни сумму за двух рабов в размере двадцати тысяч кредитов.
Он сказал двадцати тысяч? Диана ахнула. Даже в самых смелых мечтах она не рассчитывала и на треть этой суммы.
— Спасибо! — прошептала она.
— Согласны? — спросил мужчина.
Девушка быстро закивала в ответ.
— Деньги переведены. Можете удостовериться.
Ликериец жестом указал на терминал банка. Каждому жителю Ликерийской империи, которыми теперь являлись и граждане Седны, в запястье был вживлен чип, который использовался как паспорт, медицинская страховка, если позволял допуск, и как карта банка.
Диана подвела Денни к терминалу и приложила его запястье к окошку. Чип пискнул, и на экране отобразилась операция зачисления на счет двадцати тысяч кредитов.
