Тайрону перед глазами открывается драматический скenasцо: розовая девочка с распахнутыми глазами и вывернутыми зубами лежит на холодном поле, а над ней — женский голос, заполняющий воздух злобой. В этот момент он замечает тонкую девушку внизу террасы, практически полностью разложившуюся на каменных плитах, и смотрит на неё с отчаянием и тревогой — она явно принадлежит к числу рабов. В воздухе повисает напряженная атмосфера опасности и непонимания....
— Довольно! — резкий окрик императрицы заставил Диану вздрогнуть и перевести взгляд на нее. Намина повелительным жестом отослала от себя очередных придворных и развернулась к ней. — Нам пора составить компанию нашим мужчинам.
Красивые губы изогнулись в хищной улыбке. Диана поежилась. Она определенно ничего не понимала, но чувствовала надвигающуюся беду. В любом случае, рядом с Тайроном ей станет спокойнее. Поэтому она безропотно последовала за императрицей.
Поравнявшись с деревьями, которые закрывали дальнейший обзор, императрица вдруг обернулась и посмотрела на Диану долгим, изучающим взглядом.
— Думаешь, сможешь удерживать его внимание вечно? — свистящим злым шепотом спросила она у опешившей девушки. — Я тоже когда-то так думала. Но проблема в том, что все мужчины — похотливые мерзавцы, и ты в этом очень скоро убедишься!
Намина больно вцепилась в руку Дианы и потащила ее за собой. Сейчас походка императрицы не отличалась плавностью и изяществом. Женщина явно торопилась.
Как только ветви деревьев расступились, Диана увидела Тайрона. Но ни императора, ни министров рядом с ним не было. Саорга окружали три прекраснейшие женщины, которые мило щебетали, улыбались и явно кокетничали. На лице мужчины Диана не увидела ни раздражительности, ни недовольства. Он благосклонно кивал прелестницам, отвечая на их реплики.
Вдруг самая красивая из них — жгучая брюнетка, со стройным станом, высокой грудью и черными, как ночь глазами, выступила вперед и, обвив шею Тайрона руками, со всей страстью припала к его губам.
"Глаза защипало, и Диане пришлось зажмуриться, чтобы не показывать императрице свою слабость. Хотя, Намина итак увидела достаточно. Как же горько и больно! Но ведь это она собственность саорга, а он принадлежит только себе.
«Верь мне… Верь мне… Верь мне…» — словно отголоском эхо в голове Дианы прозвучал голос Тайрона. Он просил верить ему. Не приказывал, не требовал — просил. И она будет верить тому, кто всегда спасал и оказывался рядом. Девушка открыла глаза.
— Убедилась? — сладко осведомилась императрица. Сейчас ее голос источал яд.
