В зеркальных глазах бабочки-заглядина видно отражение брата Алексея – парень с серой кожей и крикливым взглядом. Но в этот раз она не просто похожа, а кажется — то же самое живое существо. Вот когда лед затягивает ее руку в морозный наваждение. Алексей смотрит, как его сердце замерло от того, что чувствует, словно зеркальное изваяние застыло в холодах зимы....
Похоже, «Хозяин Стужи 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Посмотрим, что из этого выйдет, одно я пока точно могу сказать, Архивариус обязательно возбудится и начнет действовать.
— Ну а опричники нам на что? — Василий нахмурился, — твои люди, дядя, уже показали, что способны хорошо работать, так пусть делают это дальше. Одно, конечно, плохо, теперь этот ублюдок поймет, что мы всё знаем, — задумчиво произнес император, — но ничего, людей у тебя много, думаю, как-нибудь справишься.
— Обязательно справлюсь, государь, — Николай Николаевич кивнул, — может, нам стоит как-нибудь наградить парня за то, что поделился с нами информацией в таком объеме? В конце концов, он мог этого и не делать, но при этом сам подошел к моему человеку.
— Я подумаю, — Василий улыбнулся, — не забывай, дядя, нам придется ему помогать, когда он решит разобраться с Библиотекарями, как по мне, это уже хорошая награда.
Николай Николаевич ничего не сказал на это, у него было свое мнение насчет этого, но спорить с императором не имело никакого смысла.
* * *Хладоград.
— Ну-ну, успокойся, дружок, — я погладил Белого по голове и вновь погрузился в свои размышления.
После сегодняшнего допроса я понял одно: Библиотекари не оставят меня в покое, теперь для них это дело принципа, ведь я узнал очень много нового. Чего стоят только их артефакты, Моисея еле удалось успокоить, старик был готов бросить все, лишь бы заняться их изучением, фанатик от мира магической науки, не иначе. А ведь помимо артефактов есть еще и информация, и вот она намного, намного ценнее всего остального.
* * *Рим. Центральная библиотека.
— Значит, мои ученицы попались, — тихо произнес Архивариус, глядя на одного из послушников, и тот кивнул.
