Старший брат Андрей внезапно становится злым хозяином волчьей стаи. Усталая и непонимающая девушка вынуждена помогать ему в шале, где царит хаос и непрекращающийся шум ветра. Вместе им предстоит не только учиться контролировать сильные звери, но и бороться против собственных страхов и желаний....
Не двигаясь, я лежала на спине и беззвучно плакала. Сознание медленно уплывало за занавесу отрешённости, где нет насилия, нет принуждения, нет борьбы… Ничего нет.
— Да что… — рявкнул Баев. Мне чуть приподняли, встряхнули.
— Что с тобой? — рыкнуло частично трансформированное лицо. Я оказалась всё же права: чёрный волк. — Чего тебе не хватает?
— А что у меня есть? — усмехнулась я горько, сознание находилось в каком-то пограничном состоянии, когда уже всё настолько безразлично, что не боишься говорить правду.
— Теперь ты Луна целого клана, — рыкнул Баев, вцепившись в меня взглядом. — Ты — одна из нас, и должна жить по нашим законам.
Я снова усмехнулась.
— По законам, которые выгодны тебе.
— Я владею силой и властью, но я и несу ответственность. — рыкнул Кирилл. — Нравится тебе или нет, но мы уже связаны! Так что привыкай.
— Не дождешься, — прошипела я. — Можешь приказывать своим волкам. Но я — человек.
— Ты — альфа — сука!
Я пожала плечами.
— Наверное, очень обидно, что ты не можешь мне приказать. Не можешь сделать так, чтобы я тебя слушалась, не так ли?
Кирилл криво улыбнулся.
— Это плата. Я готов смериться с твоей неуправляемостью. Так даже интересней. Но, девочка, ты должна идти мне на встречу.
— Послушай, — воскликнула я, на коленях отползая в сторону от смуглого, мускулистого тела Баева. И стараясь при этом не смотреть на его возбужденную… часть. — Ну зачем тебе такие сложности? Ну оказалась я Альфой этой, ну и что…
Тут меня, наконец, прорвало, и слёзы полились градом.
— Я буду работать на клан, буду помогать врачам… Всё что надо — сделаю. У меня брат — бета, я знаю, какого это — работать на стаю… Но ведь эта… ведь эта Альфа сила ещё не предлог связываться в пару. Кирилл! — Баев немигающее смотрел мне в глаза своим страшным, нечеловеческим взглядом. Без эмоций, без каких — либо чувств. Даже без звериных. Глаза совершенно чужого, инопланетного существа.
— Говори, — велел Альфа. И я почему — то не могла его ослушаться.
— Я не буду твоей парой.
— Почему?
— Не хочу.
Баев усмехнулся.
— Что, не нравлюсь.
— Нравишься, но этого мало.
— Чего тебе не хватает?
— Нельзя неволить пару.
