Врач-реаниматолог Галина приходит в себя на грани смерти после страшной аварии. Вместе с ней вернулась забытая реальность — двадцатилетняя жизнь без семьи и детей. Героиня решительно противится судьбы, даже когда перед ней предстают последние надежды: шанс на новую жизнь в аптеке под бдительным взглядом прокаженной прижитки....
– Если не планируешь встречать их в таком виде, советую вернуться в дом.
Резко сажусь и оборачиваюсь, дабы лучше видеть фамильяра.
– Кто? Другие ведьмы?
– Нет, – подумав немного, отвечает Огонек. – Скорее всего, просто люди.
Хмурюсь, быстренько поднимаясь. Я сейчас слишком возбуждена из-за новых ощущений и яркости обостренных чувств, чтобы нормально соображать. Растерянно смотрю в сторону леса, затем бросаю взгляд мимо дома – туда, где раскинулся город. Кем бы ни были незваные гости, сейчас они очень некстати!
Запускаю пятерню в волосы, массируя кожу головы.
Фамильяр подбегает и бодает меня в лодыжку.
– В дом, в дом!
– А, да… конечно.
Выныриваю из прострации, тороплюсь уйти с улицы.
В прихожей зависаю еще на минуту, вдруг ощущая жилище совсем по-новому. Эти стены излучают едва заметный свет, он тянется ко мне, касается кожи и целует ее приятным теплом.
Здесь я под защитой.
Кто бы ни перешагнул порог, он не сможет причинить мне зла.
– Ох, как некстати это все! – бурчит Огонек, шествуя мимо.
Его хвост пылает так ярко, что слепит глаза! Раньше не замечала подобного. Двигаюсь за ним и почему-то оказываюсь на кухне, у печи. Там стоит оставленное с ночи кипяченое молоко.
Кот запрыгивает на стол и двигает лапой баночку с медом.
– Стакан молока с медом поможет. Иначе будешь в таком состоянии до самого вечера.
– Что со мной?
Послушно беру кружку, поднимаю кастрюльку с печи. Навожу чудо-зелье и зачем-то бросаю щепотку красного перца. Фамильяр одобрительно мурлычет, смотрит на меня, склонив голову набок.
– Я же говорил, что Сила есть. Просто мир твой был неправильный. А теперь она окончательно проснулась. Вот обоснуется полностью, и никакие книжки для ворожбы не понадобятся.
– Угу… – Сажусь на табурет и потягиваю напиток, держа кружку обеими руками. Она холодная, но быстро нагревается от моих ладоней.
А Огонек интересуется:
– Ну? Полегчало?
Я делаю еще несколько глотков и чувствую, как в голове проясняется. С уважением смотрю на фамильяра.
– Что бы я делала без тебя…
– Встречала б чужаков как есть, в ночной сорочке.
Спохватываюсь и бегу в спальню. Быстренько привожу себя в порядок, выбираю одно из нетронутых мной платьев Кассандры – синее платье с длинным подолом и орнаментом, вышитым белыми нитками по его краю. Заплетаю косу и даже успеваю забежать в ванную, умыться прохладной водой из ковша.
Раздается стук в дверь.
По стенам дома идет мелкая дрожь, которую я ощущаю как свою собственную.
