В холодном бинте медсестры, поддерживая кровь, начинаются терпимые процедуры для Валентина Сяпкина. Медсестра увещевает его, но он уже привык. Я же чувствую себя на грани боли и сознания, как врач поднимается к плечу. Этот мир мгновенно вспыхивает тенями, когда я понимаю, что здесь есть куда больше....
Вот только, кажется, что моё молчание только больше напрягало его, заставляя нервничать сильнее. Поэтому, когда мы оказались в огромной комнате, просто заполненной различными мягкими игрушками и подушками и окрашенной в ядовито-розовый цвет, он осторожно опустил меня на огромную кровать и стал что-то нажимать на своём широком браслете на… верхней правой руке.
Я старалась смотреть за его действиями, чтобы отвлечь себя от ядерного цвета вокруг, от которого уже начинало рябить в глазах. Из матовой поверхности на сантиметров тридцать вылетел серебристый луч, чтобы тут же расшириться в стороны и стать чем-то вроде экрана.
Она была с заплаканными карими глазами, всё ещё полными слёз, и растрёпанными каштановыми волосами. То и дело хлюпала аккуратным носиком и поджимала пухлые губки. Настоящая красавица, которую не пугал вид её собеседника. Она, наоборот, требовательно заявила:
- Где моя малышка, Туос? Сейчас же покажи мне её!
- Леди Лаона, - начал было Туос, но был перебит визгливым «Немедленно!» и всё же повернул «экран» на меня.
- Малы-ы-ышка моя-я-я! – подвывая, женщина стала всматриваться в меня, словно пыталась выявить проблемы в том виде, в котором я перед ней предстала. – Эри-и-и! Как ты, солнышко моё? Ничего не болит? Голова не кружится? Не знобит? Не тянет? Не колит? Не молчи, доченька!
- Лаона, милая, ты даже слово ей не даёшь сказать, - на «экране» появился ещё один представитель белокожих черноглазых.
- Ты читал отчёт доктора, брат? – обратился к нему Туос. Ого, они, оказывается, ещё и родственники.
- Это не отнимает того, что малышку может что-то волновать, - нахмурился муж женщины и отец… один из отцов, если я правильно слышала и запомнила всё, что мне говорил Туос. – Доченька, только ответь мне на один вопрос: что ты помнишь последним? Кто-то был в твоих покоях, кроме дяди?
Так мне открылось положение Туоса в их семье и моём сне.
"Но почему они все упорно называют меня Эри? И задают такие странные вопросы? Я бы и спросила их, но вдруг женщина отпихнула мужа, приблизилась к камере и пристальнее посмотрела на меня.
