В холодном бинте медсестры, поддерживая кровь, начинаются терпимые процедуры для Валентина Сяпкина. Медсестра увещевает его, но он уже привык. Я же чувствую себя на грани боли и сознания, как врач поднимается к плечу. Этот мир мгновенно вспыхивает тенями, когда я понимаю, что здесь есть куда больше....
Если отменим сегодня, завтра нужно будет выбирать больше одного, - это он уже ответил со-супругу, прошипевшему в свой браслет: - Проследить и доложить.
- Думаете, это кто-то из кандидатов? – сделала я вполне логичный вывод их действиям.
- Не исключено. Но воздействие из вне на тело, разум, а следовательно, на решение женщины – незаконно. И если это был кто-то из них, ему же хуже, - было мне ответом от моего капитана.
На это только кивнула, решая, что лежать уже нет смысла. Нужно успеть привести себя в порядок до ужина и самого мероприятия.
Глава 36. Странности
Шоэ Ри’Саак
Лёгкий ветерок коснулся кожи, заставляя мелкие волоски на теле привстать, будто от мурашек. Быстрым взглядом осмотрел кабинет, отмечая, что дверь и окна закрыты, значит сквозняка быть не может. Выдохнул весь воздух из лёгких, чтобы тут же вдохнуть его, но медленно, улавливая каждую деталь ароматов, кружащих вокруг.
Вот ниточка свежей выпечки и готовящегося обеда, принесённых с кухни.
Чувствовал все знакомые и понятные запахи, но ничего чужого или опасного.
Медленно поднялся из-за стола, открывая вторую пару глаз, улучшая угол зрения и глубину. Внимательно всматривался в каждую деталь. Я слишком хорошо знаю своё «рабочее логово», как его обычно называет Арв.
Сила внутри бушевала, прося найти и наказать такого наглого нарушителя территории. Я даже одну руку успел протянуть вперёд, чтобы прочувствовать его местонахождение лучше, концентрируя силу на ладони.
Нечто метнулось к моей ладони, срывая кусок моей силы, проглотило её и рвануло прочь из кабинета. Как назло, в этот момент сюда вошёл почувствовавший волнение моей энергии капитан личной охраны, готовый защищать. Вот только своим появлением он дал «заразе» воспользоваться шансом и умчаться прочь.
Бросаться следом не стал. Едва силу выпустят, она либо рассеется, либо вернётся ко мне.
