В заброшенном замке среди рухнувших стен и гниющих корней ждет предательская цена за сделанную связь с тем, кого раньше не считал своим человеком. Здесь каждый шаг подводит к страшной игре между настоящим self-interest и душевным выбором, где даже рыжий бородач в походке — это лишь тень правды....
– Пока у нас нет никаких прямых улик, они могут бояться пойти против него. Да и покидать сейчас Аффис не стоит. Я только недавно заполучила расположение горожан, а Гирдан запросто сможет все это разрушить в мое отсутствие.
– Я мог бы отправить доверенных людей, но с ними свидетели не станут разговаривать. Оставим это, как запасной вариант, а пока соберем побольше информации, – решает Сурэл, и я с ним полностью согласна.
– Спасибо, – киваю инспектору.
– Думаю, это я должен вас благодарить, леди Хельм, – отзывается он.
Выглядит усталым, но все равно чертовски привлекательным в лучах утреннего солнца, падающего на острые черты его лица.
“Так бы и смотрела,” – проскальзывает мысль в голове, и тут же смаргиваю, пытаясь избавиться от странного чувства, которое сдавливало грудь и опаляло щеки, всякий раз когда мы с инспектором случайно хватали один и тот же лист и оказывались слишком близко.
Вот и сейчас он смотрит так же. Как путник, долгое время скитавшийся по пустыне, нашедшиий источник воды.
– Кхм… Янга, ты тоже это видишь? – раздается голос Крока, и я первой освободаюсь от вновь нахлынувшего наваждения.
– Проснулись, – приветсвую соседей по дому.
– Не уверен. Кажется, я все еще вижу сон, – выдавливает кот, переводя взгляд с меня и инспектора на Янгу.
Стоит ли говорить, какое у наставницы вытянутое лицо, когда она находит в завалах бумаг не только меня, но и инспектора.
– Кхм… Доброе утро, – в свою очередь повествует он, неспешно поднимаясь на ноги и чуть склоняет голову.
– Надеюсь, что доброе, – только и отзывается растерянно Янга и вновь и вновь оглядывает озадаченно комнату.
– И не зря! Мы нашли несколько подозрительных случаев и потенциальных свидетелей того что случилось с землями, но они живут в столице, поэтому пока что соберем иные возможные улики, – сообщаю друзьям, а затем тут же обращаюсь к инспектору. – Возможно, кто-то из них писал заявление? Может, в архивах вашего ведомства что-то осталось?
– Даже если и писал, такого не осталось.
Стоит отметить, справедливости ради, что за два года его работы, ни одного странного случая мы не нашли.
– Но кое-кто должен об этом знать, – смекает инспектор.– Как и о случившемся в те времена.
– О чем вы? – прищуриваюсь я, и тут же соображаю. – Бывший инспектор, который вел то дело. Вы знаете, кто он?
– Знаю, – кивает Дарен, только вот его мрачность мне совсем не нравится.
