В заброшенном замке среди рухнувших стен и гниющих корней ждет предательская цена за сделанную связь с тем, кого раньше не считал своим человеком. Здесь каждый шаг подводит к страшной игре между настоящим self-interest и душевным выбором, где даже рыжий бородач в походке — это лишь тень правды....
Я вообще во всю эту муру не верю. В жизни бы не пошел в такое место, но выбора нет. Если вы мне не поможете, беда будет страшная! Все, что хотите, просите, хозяйка! – клянется в сердцах мужчина и, несмотря на мое требование, все пытается заглянуть за стол, чтобы увидеть меня.
И заглянет ведь, учитывая, как его потряхивает. Ничего умнее не нахожу, чем напялить на голову ту самую шляпку с вуалью и подняться так, будто все в порядке. Даже плащик отяхиваю и спинку выпрямляю, а мужчина застывает. Разглядывает меня с открытым ртом, а убеждаюсь – это тот тощий торговец рыбой, от которого мы с Кроком едва ноги унесли.
– Я думал, вы… – выдает тощий, я напрягаюсь. – Старше.
Ага, значит, он хозяйку лавки в жизни не видел. Что ж, можно было бы ей притвориться, но гадать, если он пришел за этим, я не умею.
– Моей наставницы нет. Приходите после обеда, – отрезаю строгим тоном, надеясь, что он послушает, но судя по виду мужика, его отсюда даже огнем не выкурить.
– Не могу! Раз ее нет, вы помогите! – выпаливает он с жаром.
– Я?!
– Вы ведь ученица!
– Совсем начинающая!
– Дар либо есть, либо нет! Умоляю! Жизнь и смерть на кону…
Тогда ему тем более не ко мне! Но как же его спровадить? Он выглядит так, будто прибьет меня на месте, если я еще хоть раз ему откажу.
– Расскажите мне, что случилось. А я посмотрю, что можно сделать, – решаю потянуть время до возвращения хозяйки или Крока.
В идеале, убежать бы, но тут выход на его половине комнаты. На раз-два меня схватит, а то и прибьет, учитывая, насколько он взвинченный.
– Спасибо! Слушайте! – мужик снимает полосатую фуражку с засаленных русых волос, плюхается на стул за столом и начинает…
Но чем больше он говорит, тем четче я понимаю, что масштаб проблемы он сильно преувеличил.
– То есть, вы пожаловали ко мне, потому что подозреваете жену в измене? – уточняю я.
Тощий краснеет так, что кажется, он и воспламениться может. Учитывая устои и положение женщин в этой местности, в подобном ни один мужчина бы не признался. Он скорее жену бы придушил, но этот пришел к гадалке и просит помощи.
И чем больше он говорит, тем четче я понимаю, что, жену, он любит. Более того, готов ради нее на многое, но… как и многие мужики – идиот.
– Когда мы только поженились, она прыгала, как козочка. Потом дитя родила и скисла. Пилить стала, а я работаю, как вол,чтобы у нее с сыном все было. Дом двухэтажный сам построил, еду лучшую таскаю, пять рыбных лавок открыл, а она недовольная. А сейчас так вообще перестала ухаживать за собой.
