Автор
В зале пышущем мрачной праздничной свадьбой, молодой человек словно кукла висит между друзьями, его голова неправдоподобно покачивается с шагами собрания. Этот необычный брак вызывает сложные чувства: кажется ли это шуткой природы или предопределением судьбы? Сюжет тянется вплоть до загадочного происшествия, которое отняло его способность к восприятию мира....
Мальчишкой я совершенно не понимал тяги отца к помпезности, для меня примером и героем был наш предок из легенд, проводивший больше времени в походной палатке, чем во дворце, носивший исключительно военную форму и не чуравшийся лично делать то, что обычно делают слуги. Но теперь я понял, что короля делает свита.
Развернувшись на пятках, я невольно кошусь на предков, смотрящих на меня с портретов. Они словно провожают меня взглядами.
Забавно… Раньше бы я задумался, благословляют они меня или осуждают, а теперь мне всё равно, потому что их время прошло, и князь в Нордтаге я, и что правильно, а что нет тоже решаю только я.
Галерея тянется вдоль Малахитового зала. Мне же нужно в Колонный, предваряющий Большой кабинет, именно там сейчас должно проходить заседание Совета. На повестке дня очередное расширение полномочий наместника.
При виде меня гвардейцы вытягиваются по струнке смирно, в глазах потрясение.
Незнакомый мальчишка, который по логике, должен быть на стороне новой власти, вспыхивает радостью.
Возможно, он хороший актёр?
Не важно…
По моему молчаливому жесту гвардейцы распахивают двери. Один из вассалов за моей спиной берёт на себя роль церемониймейстера и запоздало, зато громко объявляет о моём приходе. Раздаются возгласы. Кто-то вскакивает и изумлённо таращит глаза, кто-то поднимается степенно. Я, не сбавляя шага, иду по проходу, держа взгляд строго перед собой.
Дойти не получается.
Кот вздыбливает шерсть и с боевым кличем бросается на одного из тех, от кого я ожидал верности.
Значит, Гарвей Миклайт всё же был верен до конца, за что и поплатился. Как и многие другие преданные мне люди. А всё, что я могу дать Гарвею – это место в летописи истории княжества, достойные похороны и посмертные почести.
– Нежить?! – тонко взвизгивает Аарон Зешр и оседает на стуле без чувств. Кто бы мог подумать, что у этого любителя порассуждать о гордости рода и древности корней, настолько тонкая душевная организация…
Мне… повезло?
В отношении Гарвея Маклайта звучит гадко, но по факту да, мне повезло.
– Ваша светлость!
– Мой князь!
Из-под стола вылетает чешуйчатая тварь, смутно похожая на гигантскую ящерицу.
