Даже камни в украшениях соответствовали времени выхода в свет: не слишком тяжеловесные и массивные, как, например для вечера, но и не мелкие, какие надевают юные барышни. Всё абсолютно новое, только что бирок не хватало. Ещё и платье из ателье Бернстайна – самого дорогого модного дома не только Рортана, но и Ангерта. Во всей этой ситуации меня радовало лишь одно: отсутствие чулок и нижнего белья, таким образом, Кеннет в открытую намекал не на мой статус любовницы, а лишь на знак внимания и отчасти извинения за незапланированную встречу.
О чём он, собственно, и сообщил в короткой записке, обнаруженной на дне большой коробки под платьем. Дёрнул же меня чёрт за язык ляпнуть о том, что постараюсь подобрать подходящий наряд к четвергу! Обычно новые туалеты готовятся не менее чем за пару недель до события, а тут Кеннет взял на себя расходы по визиту в ресторацию, загнав меня тем самым в ловушку.
Вернуть платье в ателье означает волну слухов, которые непременно поползут по Рортану, ведь ни для кого не будет секретом, кто приобрёл платье.
Меня не просто запишут автоматически в любовницы главного инквизитора, но и сразу в содержанки, а кондитерскую заполонят новые посетители не для того, чтобы попробовать мои десерты, а поглазеть на пассию главы инквизиции. Вот это бесило больше всего! Принять – значит согласиться с притязаниями Кеннета и дать ему призрачный шанс на продолжение отношений. Гад, просто гад!
Я вышагивала по спальне, вытаскивая шпильки из причёски, чтобы хоть как-то освободить голову от тяжести.
Думай, Этель, думай! Если Кеннет так тщательно продумал мой образ и при этом будет моим сопровождающим, то наверняка подберёт и себе костюм в соответствии с событием и туалетами дамы, то есть меня. Нет, полностью в эти же цвета не облачится, ведь не супруги и не любовники, а вот какой-то элемент точно добавит, показывающий, что мы – пара. Так, так, так... Нужно сделать что-то, что всё равно покажет мою независимость. Трогать туфли не буду, а вот над платьем и перчатками стоит подумать. Если добавить немного вышивки по подолу и лифу, то она как раз станет тем самым элементом-неожиданностью, который повторить Кеннет не сможет.
До четверга осталось полных четыре дня... За такой срок только мастерицы ателье Бернстайна смогут исполнить заказ, но туда обращаться нельзя: во-первых, это ещё больше всколыхнёт интерес ко мне, во-вторых, могут сообщить главному инквизитору, в-третьих, сам глава дома Бернстайн может обидеться, если платье вернётся к нему на «доделку».
