Автор
Вечерний персонал заведения уже у去了 по домам после непростого дня работы в мансарде и кухне. Теперь было время расслабиться для тех, кто служил сегодня ночью, но я предпочитаю проводить эти минуты спокойствия, даже если это означает некоторые расходы на заведении.
Если первое она восприняла за шутку, то последующие явно говорили о том, что всё достаточно серьёзно.
Мне было бы, естественно, жаль, если такое случилось, но в отличие от Блоста, удерживать никого против воли не собиралась. Благо Мария-Софи сама не горела желанием куда-то уходить, оценив не только мою помощь и расположение, но также подход к работе и оборудование. Я даже не ожидала, что нам с ней окажется так комфортно работать: мы понимали друг друга с полуслова, а редкие баталии насчёт подачи того или иного десерта вызывали улыбку у госпожи Финкерс, укоризненно закатывающей глаза, дескать, сошлись на одной кухне два сумасшедших кондитера.
Специально я не следила за ним, но всё от той же Элси знала, как грустит общество, практически переставшее видеть его на званых вечерах из-за постоянных разъездов по служебным делам. Многие недоумевали, зачем, занимая такой высокий пост, он лично решает вопросы, которые вполне можно было бы поручить своим заместителям. Ну да, хронический трудоголизм в среде аристократии никогда не приветствовался и не воспринимался. Зато порядка на улицах Рортана и не только в его окрестностях стало намного больше.
Я много раз задавала себе тот же вопрос, что и в ту «переломную» ночь: как всё сложилось бы, откройся я Кеннету, но раз за разом ответ был один: ничего хорошего. Во время прогулки по Рортанской гряде мне ясно дали понять, что если правила иногда стоит нарушать, то по отношению к законам это недопустимо. Категорически.
