Я вернулась к себе, застав полностью разгромленную спальню и Груню, ползающую под кроватью. Дневник так и не нашли, настроение у всех было безвозвратно испорчено. Роберто сразу как-то резко постарел, расстроено бормоча:
— Сколько лет в замке служу, никогда у нас воровства не было!
Луиза ходила поникшая, Стася затаилась в детской, где сегодня было особенно тихо. Лина тихонько плакала в своей мастерской и, хотя я говорила девушке, что никто на неё даже не подумал, глаза у неё снова были на мокром месте.
Одна Эбби чувствовала себя уверенно, правда переезд в комнаты прислуги пока отложила.
— Присмотрю пока… — заявила она, — у меня ни одна мышь не проскочит!
— Может в замке кто чужой поорудовал? — мне не хотелось думать о том, что кто-то из них мог позариться на старую тетрадку. Да половина слуг даже читать не умеет!
— Не приезжал ли в эти дни кто-нибудь? Может, кто из солдат в замок заходил?
Все задумались, только Мари продолжала что-то помешивать в высоком чане. Кстати, пока вспомнила!
— Мари, а кто это у тебя косарям обеды носит?
— Так Тамарис! Сама вызвалась! — не прекращая мешать, выдала повариха.
Тамарис! Признаться, я о ней совсем позабыла. За это время она умудрилась ни разу не попасться мне на глаза.
Все дружно переглянулись.
— Но ей запрещено подниматься на хозяйский этаж… — в голосе Луизы слышалось явное сомнение."
"— А кто тогда ещё? Уж она небось читать-то умеет! — Эбби картинно упёрла руки в бока.
— Надо бы её комнату проверить, может Тамарис не знала, что это такое и просто почитать взяла? — выдвинул своё предположение Роберто.
— Теперь, испугавшись, она могла запросто его перепрятать, — вздохнула я.
— Тогда нужно проверить все комнаты прислуги! — твёрдо заявила Луиза.
Но ни в комнате Тамарис, ни в других дневника так и не нашли. Странно всё это. Стоило только Фаберу и Сорелю заинтересоваться старыми записями, как те пропадают. Но бароны точно не были в замке или были?
А представила себе как Сорель, облачённый в чёрный костюм ниндзя, карабкается по стене, а затем пробирается в мою спальню и крадёт дневник. Или Фабер под покровом ночи скачет к крепости, подгоняя коня.
— Брр, бред какой! — я мотнула головой, отгоняя странные видения.
Но то, что с изучением бумаг нужно ускориться — это факт! Что же такого подозрительного мне показалось в том дневнике? Вот Дэвид Тирсо пишет, что на рудниках всё спокойно, добычу кристаллов планируется увеличить, ведь барон влюбился и подумывает о свадьбе.
Вот именно — о свадьбе! А потом записи резко прерываются и возобновляются уже через три года. Там Дэвид описывает рождение своего первенца и ни слова о рудниках, зато на каждой странице восторженные строки о его любимой супруге Виктории.