Автор
По мрачным горам и впадины, где редкие рощи прикрывались лавандой, сквозь которую проникала холодная свежесть ночного воздуха, издалека доносился шелест ветра. Экскурсия на автобусе по лесам и горным долинам завершалась остановкой для отдыха и фотографирования. Крупный стадо овец медленно перебегало дорогу, превращая ее в неестественно широкую полосу серого шелка, на которой скользили мечты путешественников....
Как такое возможно? Может, меня лечил тот лекарь, что проводил магическое сканирование? Хотя он был не менее удивлён моему внезапному выздоровлению. Впрочем, это уже не важно.
— Нянюшка, а что в доме твориться? — я допила последний глоток отвара, передавая ей опустевшую кружку.
— Дак всё по-прежнему: мачеха ваша зверем смотрит, кричит да всех шпыняет. Сестрица, то в комнате безвылазно сидит, то под вашей дверью ходит — переживает очень. Видать виноватой себя считает, она ведь вас тогда на прогулку-то позвала.
Нянюшка всё рассказывала, а я заметила, что она, то называет меня родненькой и на ты, то переходит на уважительное вы.
— А папенька что? Приданное моё уже собрал? — этот вопрос волновал меня сейчас больше всего.
Эбби опасливо покосилась в сторону двери и полушепотом продолжила:
— Так сначала его мегера эта, Ингрид, всё отговаривала, мол тебе, голубка моя, и так вдовья доля положена и того хватит, а потом вы занеможили, так вопрос сам собой и отпал, вот она-то обрадовалась, — Эбби горестно вздохнула, теребя пальцами ткань фартука.
Это она зря радуется, я своего точно не упущу! Только нужно немного сил набраться, они мне точно понадобятся.
— Нянюшка, а можно мне немножко каши? И я бы хотела помыться.
Эбби радостно всплеснула руками, подхватила пустой бокал и убежала на кухню. Вернулась она с полным подносом, уверяя, что раз аппетит вернулся, значит, я точно иду на поправку.
В этот раз я ела не спеша, тщательно разжёвывая все, что лежало в мисках, стараясь помочь своему организму побыстрее прийти в себя.
Ванной тут служило круглое металлическое корытце, в которое нужно было забираться по приставной лесенке — слишком уж высокими были у неё борта. Внутри имелась скамья и лесенка, чтобы выбраться наружу.
Больше всего радовало, что водопровод тут тоже был и даже горячая вода имелась. Так что вскоре я чистая и распаренная сидела в кресле, а нянюшка расчёсывала мне волосы и рассказывала местные новости и сплетни. Под её монотонный рассказ я уже начала клевать носом, заметив это, Эбби тут же уложила меня в свежее перестеленную постель, задёргивая бархатные портьеры.
Следующее пробуждение было намного приятнее, чувствовала я себя уже намного лучше.
