— Спасибо, Груня. А у меня вот, молоко прибыло… — я показала ей тёмные мокрые пятна на ночной сорочке.
Говорили мы шёпотом, но Анна всё равно услышала мой голос, заелозив в своей кроватке. Какая же она непоседливая!
— Иди ко мне, солнышко моё, мама тебя покормит!
Я приложила малышку к груди, тут же послышалось жадное причмокивание.
Теперь в своей кроватке завозился Александр.
— Разбудили мы тебя, мой сладкий? Сейчас накормлю твою сестричку и возьму тебя на ручки.
Передав наевшуюся дочку Груне, я занялась сыном. Горничная перепеленала девочку в свежие пелёнки и уложила назад в люльку.
Сашенька ел обстоятельно, не спеша, как и полагается настоящему мужчине. Когда он насытился, я ещё некоторое время сидела, чуть покачивая его на руках, ощущая возле сердца тепло его маленького тельца, вдыхая такой родной аромат.
— Леди Элена, давайте я его перепеленаю, а вы бы шли отдыхать.
— Да, да, уже иду… Груня, возьми завтра выходной, скажи Луизе, что я велела.
Вернувшись в свою комнату я сначала направилась в гардеробную, поменяла промокшую сорочку на свежую. Халат надевать не стала, положив его на соседнее кресло, и только после этого скользнула под одеяло."
"Лунный свет, проникнув в не зашторенное окно, приглушил все краски, делая их мягче. Анри спал, во сне он казался таким милым, расслабленным. Только сейчас я поняла, что практически не обращаю внимания на его увечья, все эти шрамы стали настолько привычными, что я просто о них забывала. С ними Анри смахивал на лихого пирата. Сильного, мужественного, заботливого и внимательного пирата.
Я улыбнулась, укладываясь рядом, пристраивая голову на широком мужском плече.
Когда я проснулась в следующий раз, в комнате было уже светло. Анри всё так же лежал рядом, но уже не спал. Даже с закрытыми глазами я чувствовала его взгляд.
— Доброе утро! — я улыбнулась. — Давно я так сладко не высыпалась! — я потянулась, получая удовольствие от каждого движения, зная, что муж не сводит с меня внимательных глаз. — Ну что, умываться и завтракать? Чур, я первая в ванну!
Я повернулась, легко чмокнула его в щёку и, вскочив с кровати, убежала в ванную комнату. Когда я оттуда вышла, Анри в комнате уже не было. Покормив малышей, я спустилась к завтраку. Настроение было просто чудесным. Весь день я словно летала, переделав массу дел.
Вечером, поцеловав Аделину и Августину на ночь, вернулась в свою комнату. Груня сегодня отдыхала, поэтому я сама переоделась в ночную сорочку и ещё долго сидела возле туалетного столика, в сотый раз проводя щёткой по волосам, прислушиваясь к каждому шороху.
Неужели не придёт? Я уже была готова сама отправиться в комнату мужа, когда дверь тихонько отворилась, и послышался скрип деревянных колёс его кресла.