Автор
По мрачным горам и впадины, где редкие рощи прикрывались лавандой, сквозь которую проникала холодная свежесть ночного воздуха, издалека доносился шелест ветра. Экскурсия на автобусе по лесам и горным долинам завершалась остановкой для отдыха и фотографирования. Крупный стадо овец медленно перебегало дорогу, превращая ее в неестественно широкую полосу серого шелка, на которой скользили мечты путешественников....
"
"Вечером муж приезжал из города, с довольным видом зажав в руке пару бумажных купюр, которые откладывал на развитие бизнеса, а я с ног валилась от усталости, мгновенно засыпая.
С наступлением холодов куры нестись перестали. Тогда Николай решил зарубить их на мясо.
— Купим весной новых, нечего их зиму кормить! — заявил он и снова поехал на базар.
Зима в деревне, когда в одном доме проживают сразу несколько человек, каждый со своим норовом и характером — испытание не из лёгких. Свекровь нет нет, да попрекала меня то куском хлеба — ибо я нигде не работала, то тем, что у меня до сих пор нет детей.
Если первое поправимо, второе меня и саму уже беспокоило. Мы прожили с Николаем в браке уже девять лет, а забеременеть у меня так и не получалось.
С работой решилось всё просто, я устроилась к местному фермеру, помогала с документами, делала всё, куда ни пошлют — лучше тут, чем в доме со скучающей свекровью. Так пролетела зима, наступила весна, и оказалось, что денег на покупку очередной партии кур нет, их «прожили»: Николай купил матери новенький телевизор, себе компьютер, в котором муж сутками резался в танчики и дорогой телефон — ибо бизнесмену со старым ходить не солидно.
Я тогда уже прозрела, понимая, что кличка «непутёвый» дана ему не просто так. Но всё ещё старалась сохранить семью. Вот если бы были дети… свекровь уверяла, что с её мальчиком всё хорошо, это я ни на что не годный пустоцвет.
И тут до меня начали доходить слухи, что муж погуливает. Да я и сама замечала то накрученный на пуговицу пучок рыжих волос, то тёмное пятно засоса на его шее.
Я подала на развод, развели нас быстро, делить нам особо нечего, квартира оставалась за мной, хоть свекровь и пыталась оттяпать половину, но мои родители поступили мудро, оформив в своё время на неё дарственную, Николай там даже прописан не был.
Возвращаться в город я не стала, к тому времени я уже неплохо зарабатывала у фермера, став кем-то вроде завхоза.
Домик мне тут же справили, пустовало их в деревне немало, народ всё в город за хорошей жизнью норовил уехать. Так началась моя новая жизнь: работа и ничего кроме работы. На дворе уже шёл новый век, страна постепенно выбиралась из затяжной депрессии, жизнь налаживалась.
Постепенно я стала правой рукой человека, давшего мне работу.
