В реальности я — хозяйка лесопилки, забывшая свою настоящую жизнь среди ночи смертельной автокатастрофы. Теперь моей судьбой становится восстановление бизнеса, проникнутого мракобесием и тайными связями. Постепенно я открываю глаза на новые факты прошлого, открываясь самой себе в борьбе за искупление....
— И еще вопрос, — я перебила сына и мать, — вы говорили, что в лесу есть проклятие для драконов, их вторая ипостась засыпает, и они не могут обернуться. Я вижу, драконьи ипостаси, и у малыша дракончик спит. Это как-нибудь можно убрать.
— Хык, — удивилась Нисса, за ней фыркнул Мерек, и лишь Игор ответил.
— Проклятие могут убрать хранительницы.
— Значит, я могу его разбудить?
— А зачем? — Нисса недовольно скривилась.
— Затем, что это неправильно, пусть взрослые спят, а он ребенок.
— Дети тоже могут набедокурить, я тебе, как мать, говорю, «не буди лихо, пока оно тихо».
Я улыбнулась, очень странно, но многие высказывания Ниссы так похожи на наши земные, или просто я их так слышу.
— Тетушка тебе все рассказала, я дополню, — неожиданно серьёзно сказал Мерек, — Нас, конечно, накажут за то, что опять напали на рабовладельческий караван, но я все равно буду людей спасать. В шахтах они умирают быстро, там пыльца от кристаллов ядовитая.
В нашем поселке, да и в других главными являются старейшины в мирской жизни, и воевода, когда приходит беда.
— И когда они вернутся? — слова кошака меня не успокоили, а наоборот, ввели в тревогу, не люблю чего-то ждать. Ясности мне хотелось. Потом успокоила сама себя. Чего спрашивается, переживаю, если вдруг нам станет угрожать опасность: руки в ноги, драконенка на загривок и бежать в «круг». А там уже смотреть по обстоятельствам.
— Скоро пару месяцев и придут, — «успокоил» меня Мерек и встал, — ну, основное мы тебе рассказали, и ты намного спокойнее тех, кто в поселке сейчас, — он хмыкнул, — не хотят ничему верить, все молятся небесам да рвутся назад в круги.
