В темной кухне шепелявые стонки прерывались тихим вздохом. Здесь, за закрытыми дверями, сексуальная независимость казалась единственным спасением от ужаса и желчи невесты ее брата. Глухой крик любви и боли наполнял пространство, создавая тягостную атмосферу изнасилования в глазах окружающего мира....
– Ах, простите, чаепитие откладывается, – счастливо улыбаясь, принцесса попросила драконов удалиться.
Гости проходили мимо идущего навстречу дракона, кто-то с любопытством, кто-то с ухмылкой смотрел на Эдвина, мало кто его встречал ранее в жизни, так как тот постоянно пропадал на границе да в боях.
– Дорогой, как я рада, так долго ждала! – принцесса, поднявшись со своего места, бросилась к жениху. – Милый мой, – она провела ладонью по широкой груди.
– Ваше высочество, рад вас приветствовать, но должен признаться, что потерял память, никого не помню, – он сделал несколько шагов назад, обозначая дистанцию.
"– Эдвин, мне обо всём доложили. Но ты обязательно всё вспомнишь, мы сразу же отправимся в столицу. Ой, что же я о главном забыла! Смотри, мой отец за твои боевые заслуги даровал тебе земли, дом в столице. Когда мы поженимся, переедем туда, я уговорю его величество назначить тебя служить во дворце, всё же ты муж принцессы должен быть рядом с королём, – её высочество, протягивая бумаги, не играла, эмоции, отражающиеся на лице, были настоящими: она была влюблена в своего жениха.
– Ваше высочество принцесса Авила, приношу глубочайшие извинения, но всё, о чём вы мечтаете, больше невозможно. Я уже женат и вторую жену не ищу, – поклонился дракон, убирая приказы.
– Что? – принцесса, услышав его слова, опешила. – Какая вторая жена? О чём ты говоришь, Эдвин? Мы истинная пара, дорогой, – девушка потянулась рукой к красивому лицу напротив.
– Извините, ваше высочество, но я этого не чувствую, дракон безмолвствует.
– Какую жену ты любишь, Эдвин?! Очнись! Ты потерял память, твой дракон, возможно, ещё не полностью пришёл в себя… Подожди, Эд, а где та золотая монета, что я тебе подарила и ты обещал носить её возле сердца до конца своих дней? – девушка цепкими пальцами вцепилась в карман на генеральской одежде.
– Золотой? – мужчине с трудом удалось убрать чужую руку. – А, точно, был золотой, моей жене его пришлось продать.
Девушка, ревнуя, взвыла, на лице появились чешуйки, зрачки стали вертикальными.
– Ничего… ничего страшного, я тебе подарю другой, ты только подожди немного.
– Принцесса, почему вы так расстроились? Мой слуга привёз мешок с золотом, я могу вам возместить потерю, десять, нет, сто золотых отдам.
– Нет, не надо, – взяла себя в руки Авила.
