В темной кухне шепелявые стонки прерывались тихим вздохом. Здесь, за закрытыми дверями, сексуальная независимость казалась единственным спасением от ужаса и желчи невесты ее брата. Глухой крик любви и боли наполнял пространство, создавая тягостную атмосферу изнасилования в глазах окружающего мира....
– Нет, нет, отец, не губи! – взвыла девушка, цепляясь за руку родителя. – Молю, я уверена, что во мне есть искра, если выйду замуж за дракона, то для тебя будут открыты все пути в торговле! Молю-ю… – заревела девушка.
– Розалия, не позорь, – мужчина встряхнул дочь."
"– А знаете, что, – зло произнёс жених, – раз Розалия так не хочет выходить за меня замуж… – он стряхнул несуществующую пылинку с сюртука и подошёл к девушке. – Я же был уверен, что это твой отец запрещает тебе выходить за меня замуж, желая отдать ненавистным драконам, наивный, думал, что сейчас приеду, протяну руку, и ты поймёшь, что я твоя судьба.
– Розалия?! – взревел отец побледневшей интриганки.
– В любви клялась, говорила, что моя навеки, а как почувствовала магию, так я резко стал плох? Что, на горизонте забрезжили горы драконьего золота? Да он же хладнокровный, перетрёт тебя и выплюнет, как только на горизонте появится истинная.
– Замолчи! Замолчи сейчас же! Не тебе говорить о драконах! Они сильные, красивые, умные и намного богаче тебя! Ты когда на себя в зеркало смотрел, боров? А не смотришь, потому что не влазишь в него! Ой!.
– Успокойся, как ты смеешь кричать на мужчину?
Мои глаза полезли от удивления на лоб. В скандал вмешался храмовник. Развернувшись к жениху, тихим голосом спросил:
– Броди, я правильно понимаю, что ты не собираешься брать в жёны девицу Алтею?
– Не собираюсь я брать эту уродину, даже если доплатите… Ой! – его два подбородка противно затряслись от пощёчины.
Я даже зауважала храмовника, так запросто раздающего затрещины.
– За что? – схватившись за щёку, не угрожая, дрожащим голосом спросил Броди.
– За неуважительные слова о драконах, – пояснил тот. – А теперь все прочь из зала! Невесту попрошу задержаться! Мне ещё раз повторить? – в глазах священника горел огонь. И не в переносном смысле.
Неужели дракон?
– Тебе не жить, в подворотне сгинешь, – успела шепнуть тётка, подхватывая рыдающую дочь под руку.
Я была благодарна небесам, драконьему богу, да кому угодно, что отвели от меня двухцентнерное счастье.
– Сильно испугалась? – стоило высоким дверям закрыться за последними гостями, храмовник внимательно посмотрел в мои глаза.
– О чём вы? – мне показалось, что он спрашивает совсем не о свадьбе, в душе зажглась надежда.
Глава 4
– Все думают, что драконы бездушные рептилии, помешанные на истинных, но это не так, – произнёс храмовник, не ответив на мой вопрос.
