– Брось ее! Прекрати меня позорить!
- Я женюсь на ней! – крикнул Этьен, отбиваясь от отца, который тянул Марианну за руку, пытаясь вырвать ее из рук сына.
- Фу, сынок, фу! – визжала миссис Аленатайн, которая лупила сына веером. – Она же горничная! Обычная горничная! Я не допущу, чтобы мой сын женился на какой-то горничной! Простолюдинке!
- Не бывать этому! – рявкнул мистер Алентайн, а его указательный палец назидательно взвился вверх. Они не замечали никого, кроме сына, не желающего их слушать.
- О, да лучше бы я позволила тебе жениться тогда на этой обанкротившейся, с испорченной репутацией дуре! Но она хотя бы была благородных кровей! – произнесла в сердцах мисс Алентайн, как вдруг я резко встала, глядя на нее.
- Значит, обанкротившейся дуре с испорченной репутацией? – спросила я, не выдержав от возмущения.
- О, мадам! Я так понимаю, получился конфуз! – тут же встрял мистер Алентайн, делая страшные глаза жене. – Понимаете, мы рассматривали много вариантов невест… И разумеется, речь идет не о вас! Как вы могли такое подумать?
- Приятно, когда в дом приезжает семейка идиотов, одна из которых визжит, как поросенок, а второй бегает, как потерпевший, пока их сын мучает хозяйскую горничную! – произнес Венциан, внезапно очутившийся рядом. Он привлек меня к себе, усаживая на ручку кресла.
- Да как вы… - обалдел мистер Алентайн, багровея от гнева. Он надувался так, словно сейчас лопнет.
- А кто сказал, что я о вас? Что вы! Вы не подумайте, - с гадкой вежливостью заметил Венциан. – Да, дорогая?
- Конечно, - закивала я, глядя на их лица. – У нас бывает очень много гостей.
- Просто получился конфуз, - заметил Венциан, вежливо улыбаясь."
"- Еще какой! – пожала я плечами, чувствуя, как внутри меня возмущение граничит с обидой. Мне казалось, что мне стал тесен корсет, а я едва себя контролирую.
- Мы так и поняли, - переглянулись Алентайны. – Увы, нам уже пора! Нас пригласили на чай! Мы уже опаздываем! Этьен! Живо в карету! Отпусти горничную. Приносим вам извинения.
- Позовите мисс Миракл, - попросил Венциан. – Пусть она отберет у этой семейки бедную горничную. Я бы ни за что не допустил бы, чтобы бедная девушка очутилась в этой семьей!
Кто-то из слуг побежал за няней, а я вдруг замерла. Мой взгляд упал на мою руку, которая держала палец Венциана. В этот момент внутри что-то екнуло. Когда я была маленькой, и меня что-то пугало, расстраивало или что-то не нравилось, я брала так за палец папу. Сначала он не понимал, а потом сам подсовывал мне указательный палец, чтобы я обхватила его. И в такие моменты мне казалось, что мне ничего не страшно. Ведь рядом был большой папа и его трость. А тростью можно стукнуть. И, наверное, очень больно… Это был наш с папой секрет, о котором не знал никто.
- Что с тобой? – послышался голос, пока я вспоминала папу.