Свернув за угол, я увидела встревоженную служанку, бежавшую ко мне со всех ног. Горящие окна поместья напугали ее еще больше - на моем платье были кровь и дырки, а руки испачканы грязью. Она кричала, ожесточенно прикрывая рот ладонью, увидев разрушенное мое обличие.
Его пальцы сочились магией, а я нервно кусала губы.
- Проклятия больше нет, - удивленно произнес Дилан. – Я его не чувствую. Но не могу понять в чем дело… Вы уже пробовали вставать?
- Да, ноги не держат, - произнес Венциан, пытаясь встать. Он лишь поднялся на руках, опираясь на ручки кресла. Дилан выставил руки, чтобы в случае чего помочь, но так и не прикоснулся.
- Вот, - тяжело опустился Венциан. – Все, что я могу.
- Странно, - заметил Дилан, задумавшись. –Я подумаю, что это может быть… Дайте-ка мне добраться до целительской коллегии.
- А она растила этот цветок. – улыбнулся Венциан. – Ладно, будь что будет. Я уже смирился с тем, что проведу свою жизнь в этом кресле.
Глава шестьдесят пятая
- Забыл сказать, - заметил Дилан, глядя на Венциана. – В целительской коллегиия встретил Алентайна старшего. Он искал целителя, который объяснит ему странное поведение сына.
- Марианной,- поправила я,а мне благодарно кивнули.
- И теперь они ищут целителя, который излечит их сына от этой постыдной болезни! – заметил Дилан. – Целители сказали ему, что это никакая не болезнь.
Так вот почему не было писем! Теперь все понятно! Нужно будет рассказать Марианне!
Дилан откланялся и ушел, а я уже собиралась идти в свой сад, как вдруг услышала голос Венциана.
- А куда это мы собрались? – спросил муж, пока кресло бесшумно двигалось по комнате.
- В сад, - ответила я, понимая, что со вчерашней ночи это перестало быть тайной.
- Я вам запрещаю, - на меня посмотрели внимательным взглядом.
- Вы хотите присоединиться к нашей шайке- лейке? – спросила я, как вдруг Венциан расхохотался.
- Как? Как вы сказали? – простонал муж. – Шайке- лейке?
- Хорошо, - вздохнула я, направляясь из комнаты. Через десять минут я осторожно пропустила кресло и прикрыла дверь. Закрывать ее теперь не имело смысла.
- Вот, - прошептала я, доставая из шкафа листочки из чужого дневника.
