Свернув за угол, я увидела встревоженную служанку, бежавшую ко мне со всех ног. Горящие окна поместья напугали ее еще больше - на моем платье были кровь и дырки, а руки испачканы грязью. Она кричала, ожесточенно прикрывая рот ладонью, увидев разрушенное мое обличие.
- Жанетта, я понимаю, что ты на меня ужасно обижаешься, - послышался голос Этьена. Он взял мои руки в свои и стал покрывать их поцелуями, словно прося прощения. В свете полной луны на его руке сверкнуло обручальное кольцо.
- Я знаю, что мне нет прощения, - опустил голову Этьен, а я замерла, видя его бледность. – Просто выслушай. Это не я. Это мой отец. Моя семья нуждалась в деньгах, отец хотел приобрести еще одну типографию… Поэтому он решил отменить помолвку с тобой и подыскать кого-то другого. Глупая маменька ему всегда поддакивает, так что я ничего не мог поделать…
Его красивые глаза вспыхнули, а мои руки собрали вместе и прижали к груди.
- Но я был против, - прошептал Этьен, снова сгребая мои руки и поднося их к своим губам. – И тогда отец решил опорочить тебя от моего имени! «Ты что? Хочешь жениться на той, которую полощет весь высший свет!».
- Я … я не держу зла, - прошептала я, пытаясь вытащить руки из его рук. Стоило ему приблизить к своим губам мои сложенные пальцы, я сжимала кулаки. – Вы прощены.
Мне удалось вырваться, и я тут же бросилась к саду.
- Постой, - послышался голос за спиной, а меня дернули и развернули к себе лицом. Мы стояли под огромным кленом. До сада оставалось несколько шагов. Тьма и густые заросли скрывали таинственную дверь, которая должна была спасти меня.
- Я же вижу, что ты его не любишь… - страстно прошептал Этьен, снова покрывая поцелуями мои руки.
- Неправда! – крикнула я, но тут же осеклась. Наши тени от старинного фонаря, отделились от огромного клена. Все это напоминало театр, в которых меня водил отец. Я помню, как сидела на балконе и сломала папин лорнет, пока он спал.
- Тише, тише, не кричи, - прошептал Этьен, прижимая меня к себе и гладя по голове. – Нас могут услышать…
- Пустите, - выдохнула я, шелестя юбкой. – Вы не имеете права!
- Имею, - выдохнул Этьен на ухо.
- Вы женаты. Я замужем! – выпалила я, видя, как на каменной садовой дорожке две тени слились в одну. – И вы не…"
"- Ты же его не любишь! Как можно полюбить его?! – настаивал Этьен, удерживая меня. – Он же сидит в кресле! У него на лице безобразный шрам! Скажите, что вы его не любите! Скажите! Умоляю!
Это получилось громче, чем шепот. Даже журчащий фонтан не заглушал звук голоса, в котором сквозило столько отчаяния.
