В глубоких коридорах поместья Триани сквозь плеск воды из фонтана доносится голос усталого чародея. Его волосы и борода покрыты седыми оттенками, только кустистые брови сохраняют черный цвет, как уголь. Каждый шаг становится легче, но уверенность в себе — лишь смутная тень прошлого мастерства....
Он выждал минимальное время для ухаживаний. А это полгода со дня знакомства, и вот, вчера, наконец, в газете напечатали объявление о нашей помолвке.
Мне бы порадоваться, все же мужчина у меня ответственный и верный, но очередное письмо от короля все испортило. В этот раз Тарсил Второй писал лично. Он в своеобразной манере (Я — король, вы подчиняетесь мне) поздравил меня с прекрасным выбором жениха и наговорил кучу лесных эпитетов о себе любимом. Ведь он, такой умный, включил Ирвина в список женихов на выбор, а я, такая глупенькая женщина, сделала умную вещь и прислушалась к его совету!
Я психовала в своем кабинете, потом сочиняла ответное письмо.
"Вот тоже странность. Мы с Иривном уже помолвлены, а до постели дело еще не дошло. Не знаю почему.
И это не я его отталкивала. Наоборот, мне безумно нравились его прикосновения и поцелуи. Но каждый раз Ирвин коротко целовал меня в губы, желал спокойной ночи или сладких снов и уходил! И все! Однажды я попыталась поговорить с ним на эту тему, но жених вздохнул и опять заткнул мне рот поцелуем.
На один день я, Ирвин и Агата решили снова отправится в столицу. Все же нужно было выполнить обещания, данные моей домашней нечисти.
В четверг, сразу после завтрака, мы перенеслись в торговый квартал. Правда, изначально брать Ирвина с собой я не хотела. Но тут уже жених настоял, сказал, что у него тоже есть дела в городе и он отлучится, а мы с Агатой сами будем ходить по магазинам.
Агата же, особым желанием ходить по торговому кварталу не горела, у нее еще были живы воспоминания о нашем прошлом набеге на Атгальск. Но и не поехать она не могла. Я, к слову, и брать то ее с собой не хотела. Но камеристка у меня правильная, без сопровождения она свою хозяйку никуда не пускает. Вот и уперлась. А я и взяла ее. Из чистой вредности.
