В глубоких коридорах поместья Триани сквозь плеск воды из фонтана доносится голос усталого чародея. Его волосы и борода покрыты седыми оттенками, только кустистые брови сохраняют черный цвет, как уголь. Каждый шаг становится легче, но уверенность в себе — лишь смутная тень прошлого мастерства....
— А ты думала, нежить в розарии создается? Вы сами во всем виноваты! Не надо было прятать от меня камень! Он самый большой из всех, что остались!
— И что? Теперь ты будешь нас пытать? Это не слишком оригинально, — Ирвин приготовился атаковать.
— А-та-та, — Летеция покачала головой. — Глупый мальчишка, ты даже не понял, что магия здесь подчиняется только мне. Я же не могла допустить попытки бунта моих птенчиков.
— Птенчики? Серьезно? — мне стало смешно. — Из всех слов ты выбрала «птенчики»? Это же нежить, блин, а не цыплята!
— Как меня бесят живые! Умертивие хорошо тем, что оно всегда молчит и выполняет мои приказы.
— Мда, можно я ее просто стукну? — я смотрела на Ирвина.
— Прости, Даша, но я первый, — в Летецию полетела какая-то склянка со стола.
Она отмахнулась от нее заклинанием и запустила чем-то в нас.
— Почему, когда магия нужна больше всего, ее никогда нет?
— Это же был риторический вопрос? — ответил Ирвин и кинул в нашу похитительницу стулом.
Стул она тоже успешно отбила, но, похоже, ее магический резерв был куда меньше нашего. Летеция ухватилась за брошку, которая всегда была у нее на груди.
— Схватить их, но не есть. — Дверь в комнату затряслась.
И в этот момент Ирвин вырубил Летецию, она кулем осела на пол.
— Мавка дери! Не так я надеялся провести этот день, — Ирвин зашептал какое-то заклинание.
— Бесполезно, магия все еще доступна только этой, — я передернула плечом.
— Тогда будем прикрываться ей, — Ирвин поднял бесчувственное тело на руки и толкнул ногой дверь. Нежить замерла, но тянуть руки не перестала.
— Даша, встань возле меня, вот сюда по правую руку, вот так, — Я оказалась между Ирвином и Летецией, которую он все еще держал на руках.
— И что теперь? — страшно-то как.
— Теперь мы побежим к выходу, это вон та дверь слева, видишь? Она единственная не завалена хламом.
— Хорошо, попробуем.
И мы побежали. Со стороны это, наверно, смотрелось очень странно, но что поделать. Дверь, разумеется, была закрыта на ключ. Мы застряли, а шестеро умертвий, пять мужчин разного возраста и женщина, уже шли в нашу сторону.
