Я пришла в себя в неизвестном месте, окружённой странствующими драконами и разбитым домиком. Потолок с лепниной напоминал мне об обыденности больницы, но здесь всё было наоборот — жарко, удушливо и полным ветром чужих мыслей и требований.
У кого-то еще есть вопросы? — громко спросил генерал Реннер. — Замечания? Давайте сразу все решим — у нас дети спят, им крики мешают.
Вопросы как-то быстро себя исчерпали. Я подозревала, что горожане попробуют выяснить все между собой. Правда ли, что неблагой Алан — дракон? Что сделали мэр Освальд и Долорес? Почему Алана вдруг называют генералом Реннером и не тот ли это генерал, о котором писали в газетах?
Вопросы клубились в воздухе, и я не сомневалась в том, что ответы на них найдутся самые невероятные.
— Ни у кого? Отлично.
После окрика Алана даже мне захотелось что-нибудь покинуть. “Котята”-драконы, толкаясь, принялись задерживать мэра и Долорес и уводить их подальше. Спустя несколько секунд обязанности они между собой все-таки поделили.
— Что-то случилось? Может, кофе? — мягко спросил Алан.
От неожиданности я дернулась, а потом сообразила, что он говорит с Фэнни — той самой, которая нам так помогла выступить на ярмарке за спиной мэра Освальда.
— Ничего! — выпалила она, тряхнув растрепанными серыми волосами. — Кроме того, что вы, кажется, победили! Но это пока между нами, проголосовали еще не все — и вообще…
— Ура! — закричала непонятно откуда взявшаяся Мелисса. — Мы победили-и-и!
Подпрыгнув, он понеслась к дому, сообщить остальным радостную новость.
— Обуйся! — возмутилась я ей вслед. — Холодно!
Похоже, простуды — это та беда, которой нам пока не избежать.
— А вот я кофе выпью, — выдохнул Аб, шагая внутрь купола.
— Извините, — раздался вежливый мужской голос.
Ула? Моргнув, я с трудом узнала продавца кукурузы, с которым у няни Урсулы, оказывается, были нежные отношения. Прищурившись, я рассмотрела его внимательнее. Волосы, чуть тронутые сединой, довольно высокий, с простодушной улыбкой.
— Проходите, я открою вам, — вздохнула я.
К детям он, кажется, хорошо относится. И мне тоже нужен кофе. Много кофе.
Толпа перед домом потихоньку рассасывалась: угрозы Алана подействовали.
А Алана горожане успели во всех ракурсах рассмотреть, так что тут интереснее обсудить новости. Без лишних ушей, конечно.
— Поздравляю! — улыбнулась мне женщина, уходящая последней. — Я за вас с самого начала болела.
Уголки моих губ сами собой поднялись вверх.
— Иви, — окликнул меня Алан, когда я уже повернулась к дому.
