Я хотела жить беззаботной жизнью в другом мире. Но вот у меня на руках несчастный детеныш дракона, одинокий двухвостый котенок и брошенный стаей магический волчонок.И с этими милыми, но весьма опасными детьми меня не пускают ни в один город! Хоть в лесу обустраивайся. А что? Поселок рядом, дом есть, а что монстры бегают — так эти дети поопаснее будут. Лишь бы поладить с хозяином этого леса — Королем Монстров....
Сама бы я уже давно отошла, но вот дракончик слушал с таким живым интересом, что пришлось задержаться. Мы успеем дойти сегодня до школы или нет? Дракончик, несомненно, был мил, прекрасен и наивен, но я не планировала его приручать, воспитывать или заботиться о нем больше необходимого.
— Человек, давай вернемся сюда, когда посмотрим школу? Ты мне купишь булочку, а я сделаю что-нибудь взамен?
— Хорошо, но ты мог меня попросить, добавив пожалуйста. Тогда нам нужно поторопиться, чтобы успеть, — сказала я, мысленно радуясь возможности ускориться.
— Понимаю. Я постараюсь сделать все быстро, чтобы вернуться к булочке!
— А после того, как тебе дадут булочку, тебе будет нужно сказать «спасибо», хорошо?
— Хорошо, человек, я понял. Я буду говорить «пожалуйста» и «спасибо», когда нужно. Ты же расскажешь, когда нужно.
— Конечно, я расскажу.
До школы мы дошли намного быстрее, чем я рассчитывала. Дракончику было явно интересно все вокруг, но он ограничивался лишь постоянными вопросами.
Школа и впрямь походила на военную академию: серое здание, напоминавшее казармы, тренировочный плац, тишина и пустота вокруг. И привратник возле входа — строгий мужчина в плаще с отметками охотника. Это мне не понравилось.
Уж кого я в этом мире особо не любила, так это охотников за магическими существами.
— Кто это тут у нас? Несете сдать химеру? У нас на химер отличные цены! — сообщил охотник, когда мы с детенышем подошли.
— Доброго дня господину, — сказала я, несмотря на то, что мне совсем не понравилась фраза мужчины.
К счастью, дракончик был слишком увлечен рассматривание ворот школы, поэтому не обратил на эту речь ни малейшего внимания. Настораживало, что с ним, пусть и притворявшимся химерой, обращались как с вещью.
