Девушка, попавшая в волшебный мир, вынужденно становится хозяйкой приюта для магических существ. Детеныш дракона, двухвостый котенок и волчонок-отступник — вот её неожиданная семья. Города закрыты для них, но в лесу рядом с поселком она найдет новый дом и подарит надежду брошенным чудесам.
Раздел Chitat.online для книги «Хозяйка приюта магических существ» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Девушка, попавшая в волшебный мир, вынужденно становится хозяйкой приюта для магических существ. Детеныш дракона, двухвостый котенок и волчонок-отступник — вот её неожиданная семья. Города закрыты для них, но в лесу рядом с поселком она найдет новый дом и подарит надежду брошенным чудесам.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Девушка, попавшая в волшебный мир, вынужденно становится хозяйкой приюта для магических существ. Детеныш дракона, двухвостый котенок и волчонок-отступник — вот её неожиданная семья. Города закрыты для них, но в лесу рядом с поселком она найдет новый дом и подарит надежду брошенным чудесам.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я не могла объяснить своим подопечным при Сивиль, почему к той нужно было быть хоть немного снисходительнее.
Я не могла поговорить с Сивиль сейчас, когда она была решительно настроена против меня и в присутствии тех, с кем она умудрилась поругаться.
Поэтому разделить их и поговорить по отдельности — единственный способ добиться мира и спокойствия в этом доме.
Когда Рэцу вместе единорожкой покинули гостиную, я попыталась пересадить дракона со своих рук на стол, но вышло у меня не очень — уж слишком крепко он в меня вцепился.
— Что такое? — спросила я. — Посиди пока на столе.
— Не буду, — буркнул дракончик. — Не хочу.
— Моим рукам ничто не угрожает, — почти серьезно сказала я. — Видишь, Сивиль меня недолюбливает, не доверяет, поэтому претендовать точно не будет.
— Угу, знаю я таких. Делают вид, что им неинтересно, а стоит отвернуться, отпустить драгоценные ручки — как тут же набросятся! Посмотрят, увидят, что на твоих ручках хорошо, а потом и слезать не захотят.
Рядом послышался приглушенный смех Хэя, за что мужчина получил от меня убийственный взгляд. У меня тут детская трагедия, а ему смешно.
— Лисса, я приду попозже, думаю, вам стоит поговорить наедине. И Элис скажу, чтобы пока не заходила, — сказал мне Хэй, правильно интерпретировав мой посыл, и покинул учебную комнату.
И я решила не оттягивать разговор с детьми:
— Вы знаете, почему Сивиль себя так повела?
Арч не обратил внимания на мой вопрос, дракон пытался посильнее прикрепиться ко мне с помощью хвоста, лишь Вайт робко спросил:
— Потому что у нее нет разума?
— Нет, Вайт, она разумное существо, не вздумай ее попробовать на вкус. Сивиль себя так повела, потому что ей очень больно. Вам всем было больно, когда умерла Трисси, верно? — сказала я и, дождавшись кивков, продолжила: — Вы знали Трисси всего день. А Сивиль знала ее несколько тысяч дней, поэтому ее боль больше вашей в несколько тысяч раз.
— Но я все равно не понимаю, — неожиданно заговорил дракончик. — Какая связь между тем, что ей больно, и ее словами? Почему она обвиняет тебя в смерти Трисси, если Трисси умерла из-за охотников? Мне кажется, что Вайт прав, и она неразумна!
Тяжело, очень тяжело. Я бы предпочла столкнуть в бою с кем-то, кто по уровню не уступает Королю Монстров, чем отвечать на столь сложные вопросы.
— Потому что это ее способ уменьшить боль. В ней много плохих эмоций, много боли. Если она не попробует на кого-то эти эмоции переложить, то сама эту боль не выдержит, — сказала я, прекрасно понимая, насколько мои слова абстрактны и непонятны. — Я самый подходящий объект, на кого она может выплеснуть свою боль.
Меня поняли. И Вайт, который покивал, и вздыхающий Арч. А дракончик спросил:
— Мой главный человек, я только в одном не разобрался.
