В этой книге вы окажетесь на зеленом острове, где жители превратили дом для искалеченных существ в свое приютное убежище. Автор построит вас в мир непредсказуемых и удивительных отношений между женщиной и маленькими монстрами — неопытными созданиями, чьи дикие способности иногда бывают даже опаснее их ленивого характера....
Но… Но я тоже любила этот дом. Несмотря на все хлопоты, все казусы, я любила этот дом до безумия! Именно здесь прошли самые лучшие дни моей жизни. И мне тоже было больно слышать все это. Я бы хотела остаться, хотела защититься. Но я никогда не была излишне самоуверенной, я оставалась осторожной.
И именно поэтому сейчас жила, а не превратилась в прах. Воспоминаниям лучше предпочесть реальную жизнь, как бы больно не было.
— Мой человек, Лисса, Лисса-а-а-а, не плачь… — зашептал дракончик, а я с удивлением поднесла руку к лицу, понимая, что слезы и впрямь текут по лицу.
Я запрокинула голову вверх, не позволяя закипающим слезам стечь.
— Рейн, послушай меня. Мы все любим это место. Но это всего лишь строение, обычное здание. Он не стоит того, чтобы рисковать нашими жизнями. А дом… Дом — это то место, где мы все можем собраться и жить дальше, понимаешь? Пока мы живы, пока мы вместе, то у нас всегда будет дом. Под открытым небом, с ветхой крышей или резным потолком. Это все может быть нашим домом, пока мы вместе.
— Понимаю, — сказал дракончик, а потом зарыдал, влетая в мои объятия и вцепляясь всеми лапами и хвостом.
За окном тут же полил дождь. Кажется, нам придется добираться по слякоти, но я не собиралась прерывать или одергивать дракончика. Неожиданно в меня врезался Вайт, от чего я упала на задницу. Волчонок словно этого и ждал — моментально вскарабкался на мой живот, даже чуть потеснил хвост Рейна.
— Коллективные обнимашки, да? — сказал Арч. — И почему мы это в радостные моменты не устраиваем, а только когда рыдать хочется?
Но, несмотря на ворчание, тоже присоединился.
— Послушайте, — сказала я с трудом — дракон уже лежал на моей груди, а его вес точно перевалил за десяток килограмм.
Хэй вошел и узрел сию чудную картинку. Он даже не удивился, лишь произнес:
— Вот, на все самое хорошее меня не никогда не зовут.
