Девушка просыпается в магическом саду имения загадочного Темного. Он требует срочного брака и консумации, чтобы она стала Хозяйкой сада. Отказ означает смерть. Теперь ей предстоит разгадать тайны проклятого места и понять, кем на самом деле является её загадочный супруг.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Девушка просыпается в магическом саду имения загадочного Темного. Он требует срочного брака и консумации, чтобы она стала Хозяйкой сада. Отказ означает смерть. Теперь ей предстоит разгадать тайны проклятого места и понять, кем на самом деле является её загадочный супруг.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лидия Миленина Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Девушка просыпается в магическом саду имения загадочного Темного. Он требует срочного брака и консумации, чтобы она стала Хозяйкой сада. Отказ означает смерть. Теперь ей предстоит разгадать тайны проклятого места и понять, кем на самом деле является её загадочный супруг.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— К тому же, скажи, сколько вообще было Хозяек?
— Вы десятая! Я помогаю уже десятому поколению! — радостно ответила Грасерия.
Я так удивилась, что даже не стала возмущаться древности предложенного мне наряда. И не задала вопроса, стирали ли его, прежде чем надеть на меня…
— Погоди! И все они умирали просто от старости?
— Нет, — служанка с грустью покачала головой. — Две Хозяйки ушли раньше, ибо не по силам им было… Впрочем, господин все объяснит вам сам.
— И все же! Объясни-ка мне прямо сейчас: ты что, «встречала» каждую из десяти Хозяек? Сколько тебе лет?
— Столько же, сколько самому саду, я работаю здесь с самого начала, — ответила она.
Вот это да! Получается, эта милая девчушка на самом деле глубокая старушка. Причем, судя по всему, бессмертная. Этакий Кощей в женском обличье. Подозреваю, это она (на самом деле) смотрит на меня, как на юную дурочку. И наверняка специально выбрала непринужденную «чирикающую» манеру разговора, чтобы вкрасться в доверие.
— И кто ты на самом деле? — жестковато спросила я.
— Ах, госпожа моя Вероника, я всего лишь экономка в этом доме и камеристка Хозяек! И я очень привязываюсь к вам. Скучаю, когда вы умираете, должно быть, не меньше господина Темного.
— А господину Темному, простите, сколько лет? — ужаснулась я. — Как тебе?
— О нет, господин Темный намного моложе! Он второй, ибо первый господин Темный… В общем, неважно. Главное, что господин Темный моложе меня примерно в два раза. Он вам обязательно понравится! Вы привяжетесь к нему быстрее, чем думаете!"
"«Это мы еще посмотрим», — подумала я. Правда, несмотря на внешнюю браваду, от этих разговоров о «господине Темном» опять стало очень тревожно. Даже страшно. Да и вообще от обсуждения, кому сколько лет. Потому что картина выглядела крайне зловещей.
Выходит, в этих «имениях» проживает почти бессмертный господин Темный. И вот эта древняя «девушка» с косой до пояса. А Хозяйки живут и стареют, как нормальные люди. Очень как-то подозрительно это выглядит…
К тому же я все больше убеждалась, что это не сон. Мое подсознание никогда бы не выдумало подобного! Ведь снится мне обычно просто моя жизнь. Друзья, коллеги по работе, доченька, дача и бывший муж (в конце-то концов!).
Грасерия предложила мне изящные туфельки — сиреневые, как и платье. В последний раз осмотрела меня и с улыбкой выдохнула:
— Пойдемте, госпожа моя. Грасерия отведет вас к господину Темному. И… хотела сказать… Вы, если соберетесь падать в обморок или истерику устраивать… Или, допустим, бить его будете, то прошу вас — не очень долго. Он не любит, когда долго, у него терпения не хватает! А вам ведь жить с ним…
«Ага, хочешь счастливой жизни — будь покорной, — подумала я. — Какая гадость! Нет уж, сочту нужным — и бить буду, и истерику устрою.
