Проснулась, звонкий голос девушки встречает: "Госпожа Хозяйка! Уже здесь? Какое счастье!" Открыв один глаз, я вижу свой выходной. Снова слышу приглашающие к новым обязанностям слова — готовится новый день в проклятом саду.
Так что хотелось бы иметь книги, с которыми можно коротать долгие зимние вечера.
— Понятия не имею, что такое телевидение, поэтому не могу предложить тебе его. Книги — да, пожалуйста. У нас прекрасная библиотека. Грасерия принесет тебе их. Какие жанры предпочитаешь? Любовные романы? — с подчеркнутой, издевательской любезностью осведомился он.
— Признаюсь, нет, — светским тоном ответила я и решила рискнуть. — Что-нибудь посерьёзнее. Было бы здорово, если б в рамках нашего договора, мне было позволено самой выбрать книги в библиотеке.
Темный остановился и расхохотался.
— Какая безыскусная хитрость! — бросил он, отсмеявшись. — Проникнуть в библиотеку и выбрать именно те книги, которые тебе читать не следует. Прелестно! Нет, Вероника, наш договор подписан и утвержден в трех экземплярах, — усмешка. — Дополнительных пунктов в него внесено не будет. Однако желание коротать вечера с книгой… намного хуже, чем желание коротать их у ног своего господина и супруга. Но лучше, чем в мучительном и вредном безделье.
Ох, вздохнула я про себя. Ну что же… я бы на его месте отреагировала так же. Поздно пить боржоми, когда почки отвалились, как любил выражаться мой бывший муж. Не очень-то и надеялась.
— Благодарю, — сдержанно бросила я и искренне добавила: — Не понимаю только, почему вы скрываете от Хозяек историю вашего мира и как здесь что устроено. Было бы логичнее, чтобы Хозяйка узнала правду и стала вашей искренней сторонницей.
Темный кинул на меня странный взгляд и неожиданно серьезно, с легкой злостью ответил:
— Ты понятия не имеешь, что именно кто из нас скрывает. И почему. И кто кого чего бережет при этом. Возможно — пока.
И замолчал наглухо, недовольно.
…И все же было в этой беседе кое-что положительное. Мы впервые с ним поговорили почти нормально. Выходит, моя стратегия работает и сожалеть не о чем?
Между тем он остановился перед массивной деревянной дверью:
— Приложи руку. Только обитатели нашего дома могут открыть выход в Сад.
Я осмотрела дверь. Огромная, с узорами, вырезанными прямо из толщи темного дерева. Узоры представляли из себя всякие растительные мотивы в духе готичного Сада — вытянутые хищные цветы, резко-изогнутые ветви деревьев.
— Куда именно приложить? Дверь огромная, — сказала я.
