Автор
Я стояла напротив загадочного мужчины, которого уже можно было узнать — но на самом деле передо мной стоял безжалостный зверь, готовый причинить мне невыносимую боль. После одной встречи с ним я едва не умерла. Меня вернули назад, но в душе оставалась бабушка и загадочная Альфа-самка — Василиса Игнатьев....
Герман не вдавался в подробности, но то, что я уловила в его мыслях (которые внезапно оказались очень смазанными), меня шокировало: та, избранница, на которой предок Рокотова собирался жениться по расчету, потребовала, чтобы он избавился истинной пары. Эта злая девица очень боялась, что мужчину в конце-концов потянет к истинной паре и так она хотела обезопасить себя — с помощью казни ни в чем неповинной девушки.
Я тогда очень удивилась, как это возможно, разве зверь оборотня не должен был воспротивиться этому.
— Думаю, что он это и сделал... Уверен, что Рокотов, точнее, его предок, долго сражался с собой...
Герман в тот момент внимательно посмотрел на меня.
— Мы можем сопротивляться зверю, можем подавлять его. Особенно, пока на нашей паре нет отметки нашего зверя... и раньше, многие влиятельные оборотни так и поступали: выбирая между любовью и привязанностью к истинной паре, они выбирали брак с влиятельной самкой, не всегда даже с оборотницей. Именно это со временем привело нашу расу к вырождению.
Герман явно тщательно подбирал слова, чтобы не шокировать меня больше, чем нужно. И в этом тоже была определенная сложность — потому что уклад оборотней до сих пор шокировал меня.
Вот хотя бы эта история с Рокотовым. Виноват Рокотов и его семья, а отдувается за всех почему-то одна Марианна.
Хотя нас таких могло двое...
Мать Марианны, как выяснилось, тоже приняла одну таблетку. Но для сильной оборотницы одна таблетка не нанесла существенный урон здоровью, я же.
А в худшем же... В общем, мне тогда дико повезло, что я решила отказаться от даров Марианны и выбрала жизнь с оборотнями.
Хотя не могу сказать, чтобы эта жизнь была такой уж легкой. Жестокие нравы оборотней никуда не делись, как и наказания, которые проводил мой супруг во время полнолуний. И это несмотря на то, что Герман искренне считал, что у него очень дружная, сплоченная стая. Мол, я ещё не видела другие.
Не знаю. Я пока действительно не успела пообщаться с другими Альфами и их женами, но мне всё равно казалось,что те правила, которыми пользуются в стаях, уже устарели...
— Наташа, — злился Герман, когда мы заговаривали об этом. — Ты понимаешь, что оборотни — не люди. Это человеку достаточно сказать пару раз «нельзя» — и он поймет. Зверь же будет постоянно тебя испытывать, и когда ты только дашь чуть-чуть слабины — он возьмёт своё.
