В Маргариту Павловну никто не заморачивался такими вопросами. В городе её знали как "колбасную королеву", и то кто-то с уважением, а кто-то с восхищением называли «королевой Марго». Она действительно была хозяйкой Урюпинского мясокомбината, где продукция под брендом «Делюкс» процветала. Здесь царила острый вкус и дружба между людьми, создавая неповторимую атмосферу в сердце Марего....
Я не знаю, чем он руководствовался, но, когда горцы вышли из «бани», никто больше не подшучивал надо мной. Григор только строго сказал:
— Иди, Марк, помойся. Сейчас мы придём в Глен Мор, нехорошо, в дом заходить в таком виде.
Я пошла мыться, потратила время, пытаясь как-то подпереть дверь изнутри, но потом услышала из-за двери тихий голос Алпина:
— Не волнуйся, я посторожу.
Подумала: — «Ничего себе у меня страж появился».
И рискнула раздеться и вымыться. Из запасной одежды было только нательное. Верхнее всё пришлось надевать грязное.
Когда вышла, тщательно спрятав влажные волосы под шапкой, то увидела Алпина, который стоял немного в стороне, но зорко поглядывал на дверь.
Все остальные занимались подготовкой лошадей.
Вскоре мы поехали, до долины оставался примерно час пути.
Любопытно, что тучки на небе стали рассеиваться, и Григор, взглянув вверх, сказал:
— Хороший знак.
Даррн хмыкнул, я вопросительно на него посмотрела, и он прошептал:
— Если бы пошёл дождь, то это тоже был бы «хороший знак».
Оставшиеся мили у всех было какое-то странное настроение, я даже было подумала, что Алпин всё-таки рассказал кто я, потому как мужчины всё больше молчали, лишь изредка переговариваясь, называя какие-то имена и о чём-то договариваясь."
"Но когда Даррн сделал остановку, чтобы облегчится, как обычно, далеко не отходя от дороги, а Алпин резко занервничал и направил свою лошадь так, чтобы отгородить Даррна от меня, то я поняла, что кроме Алпина никто так ничего и не знает.
Вскоре показался пологий вход в долину. Уже было видно дома, и я даже разглядела кусок форта. Сердце вдруг забилось то ли от страха, то ли от предвкушения, я почему-то поняла, что скоро произойдёт что-то, что изменит мою жизнь.
Но когда мы въехали в поселение, хотя, наверное, это можно было назвать и городом, потому что, по словам Григора, долина простиралась более чем на сотню миль и другой стороной выходила к морю, Григор обернулся на меня и спросил:
— Ты с кем, Марк?
Я ещё даже не успела понять, о чём вопрос, а Алпин уже ответил:
— Я его заберу, отведу к матери в дом.
— Тоже дело, — улыбнулся Григор, — Морна паренька быстро к делу пристроит.
И вскоре мы с Алпином остановились возле одного из небольших домиков, а Григор и Даррн поехали дальше.
Во дворе дома бегали куры, и неожиданно я увидела огромного чёрного пса, который сидел и настороженно смотрел в нашу сторону.
— Ворон? — вдруг крикнул Алпин и пёс, буквально взлетев, с места прыгнул на парня.
